Они как яд распространялись и казалось убивают, но после каждого импульса все внутри вспыхивало и наполнялось негой. Вся связь, начиная с простых прикосновений, была как маленькие оргазмы. Вспышки и томления обессиливали и наполняли новой силой. С этими порывами я тянулась к Артемию, даже не задумываясь где наша одежда? Почему ничего не мешало нам вдруг любить друг друга и поддаваться близости? Когда мы успели от нее избавиться?
Как всегда - магия, магия.
Полностью погрузившись в ощущения, я лишь на мгновение открыла глаза, дабы понять что вокруг нас происходит.
Не понимала, почему мне стал вдруг интересен окружающий мир.
С распахнутыми от удивления веками, я видела зимний лес вокруг нас и мы парили над заснеженной землей, вместе со снегопадом. Снега было так много вокруг, но едва касаясь наших распыленных и почему то обнаженных тел, он плавился, даже не успев нас охладить.
Еще сильнее прижавшись к твердому плечу духовника, я пыталась понять, в какой реальности мы находимся. На секунду мне стало страшно.
Вцепившись в Артемия, повисла на нем.
Насколько на самом деле мы высоко? Вдруг это тоже иллюзия или искажение восприятия?
В одном я точно была уверена, мои стопы не касаются земли - это пугало.
- Не бойся. Ты же любишь снег. - Он прикоснулся губами к моему виску, успокаивая.
Странно. Это правда. В детстве я очень любила снег и сейчас иногда люблю. Просто в черте города снег выглядит не очень, особенно на дорогах и вообще создает массу проблем. Но мы не в городе. Такой снег я любила, он был как отголосок праздника.
Я снова припала к губам Артемия, прижавшись к нему всем своим существом. В ответ он сжал меня еще крепче, прорисовывая губами дорожку к моей скуле, а потом к шее. Невольно вздрогнув и встрепенувшись от щекочущих дразнящих ощущений - прогнулась в спине, откинув голову. В такой момент приятно было просто висеть в воздухе. Можно было почувствовать себя акробатом и ничего не стесняло движения.
Вот только он почему то резко отстранился. Что опять? На этот раз что ни так? Я нервно вздохнула, наблюдая за тем, как его лицо наполнилось напряженностью.
Он метнул взор куда то в сторону.
- Артемий? - Вскрикнула я, ощутив как тело духовника под моими руками сжимающими его плечи, резко дернулось. Его будто кто то невидимый сильно ударил.
Артемий побледнел и поморщился, словно от сильной боли. Рукой, которой еще недавно обнимал меня, он скользнул по своему торсу в район груди.
- Что? - Сорвалось с его губ сдавленно.
