Онлайн-библиотека книг
А потом так же послушно ложилась и раздвигала ноги.
Раньше его это устраивало.
Раньше, но не теперь.
Терзая покорные губы Инесс, Джерард вспомнил другой поцелуй. Искренний, жадный. Такой бесстыдный и жгучий. Сорванный на корабле.
Там, в каюте, незнакомку из моря повело так же, как и его. Она даже не знала, что протягивая мужчине обнаженную руку – приглашает его в постель! Откуда только такая взялась?
В тот момент ди Лабард не мог связно думать. Сладкий вишнёвый вкус её губ, ощущение упругой груди в его ладони, сбившееся дыхание и потемневший от страсти взгляд – словно затмили разум.
Все демоны бездны! Он опять её вспомнил! Да ещё когда раздевает другую женщину.
Осознание этого заставило Джерарда разжать руки и отступить.
Инесс стояла перед ним с распущенной шнуровкой, из которой выглядывала обнажённая грудь. Смотрела удивлённо. В её глазах не было и следа страсти, только непонимание – почему он остановился.
– Иди, Инесс, – хрипло проговорил ди Лабард, – не сегодня.
– Вы уже две недели избегаете меня, милорд, – в голосе женщины прозвучала мольба.
Она продолжала смотреть, пытаясь прочитать у него по лицу, что же произошло. А потом её губы дрогнули, в глазах блеснули слёзы. Обиделась.
Стянула платье на груди и быстро пошла к дверям.
Джерард разозлился. На себя. На Инесс, такую доступную и покорную, всегда готовую услужить и как голодная собачонка тянущуюся к рукам. На весь этот мир.
Но больше всего он злился на ту, что пробралась в его мысли.
Как там сказала сумасшедшая Рушка? Женщина из воды погубит тебя…
Прошло две недели, а он так и не смог выбросить ее из головы.
Неужели она та самая, и проклятье настигло его?
Глава 8
На бриг Джерард не то что бы каждый день, но захаживал. Он доверял команде, потому что лично отбирал каждого человека и заставил их дать клятву верности. Но опыт показывал: подчинённые стараются лучше, если хозяин может нагрянуть в любой момент. В противном случае слишком расслабляются."
"А сегодня ноги несли его в сторону, противоположную пирсу.
Джерард решил, что просто навестит хозяев. Убедится, что они ни в чем не нуждаются. В конце концов, этот трактир – единственное заведение на острове, не считая Дома Утех, где одинокие моряки могут вкусно поесть.
Пьесы – хозяева строгие, но справедливые. Разврата в своем доме не терпят, за моральным обликом работниц сурово следят. Побольше бы таких жителей в Последнем приюте.
