И после экспериментировали на всех королевских детях… Чтобы у них все получилось, должны были совпасть все условия, но какие именно – они вычисляли методом проб и ошибок. И первой удачей явно стал бастард.
– Условия? – меня крепче прижали к себе. – Добровольность, королевская кровь?
– Примерно так, только добровольно отданное матерью дитя. Сам же младенец не мог согласиться на ритуал, так ведь?
– Не мог, – глухо выдохнули мне в макушку.
– Однако с сыном короля Агнермаха ничего не получилось. С наследником. Потому что его обманом забрали у матери.
Одно из важных условий не было выполнено. Они просчитались и погубили ребенка.
– И ты думаешь, его душа вошла в единственное живое существо рядом? В ребенка четырех ходов?
– Думаю, да. И тут, честно говоря, у меня нет адекватного аргумента, но… Думаю, Власен пошел внешностью не в королевскую кровь, а в ту родню, от которой избавился Агнермах, в род, от которого не осталось упоминаний. Правда, возникает вопрос: почему аргерцог не обратил более пристального внимания на мальчишку и его внешность, хотя виды на него все же имел, почуяв в нем латентного мага.
Да и Артус мельком, но видел моих воспитанников…
– Вопросов больше, чем ответов.
– Понимаю, что все это звучит странно, однако главный вопрос все же в ином.
– В чем?
– Сколько сейчас душ внутри Власена? Одна ли? Произошло полное замещение, или душа бастарда тоже внутри? И если да, то кто из них ведомый, а кто лидирующий или спящий? Понимаешь, я уверена, что будь внутри Власена только душа наследника, тело бы подстроилось под дар души.
Все же определяющее в нас именно душа, а не тело. Магия в Стейзи пробудилась лишь с моим приходом. Понятно, что она считалась латентным носителем древнего дара, однако магию, будучи в своем теле, пробудить не сумела. Значит, чего-то недоставало. А тут тело, в общем-то, оказалось очень даже похожим на то, что принадлежало наследнику. Но при этом дар открылся иной… И мне жирно намекнули на то, что пробудится еще второй…
– Или душа все-таки одна, драгоценнейшая.
Но в королевской крови, имеющейся в теле, маловато мощности для того, чтобы пробудить силы наследника.
– Только не говори, что ты готов из принцессы кровь выкачать!
– Если это потребуется, сделаю. Я не настолько милосерден, как тебе могло показаться, прекраснейшая. И ее кровь – лишь малое, что она может отдать, чтобы исправить то, что уже успела натворить.
– Ты веришь, что моя теория может быть правдой?
– Бастард никогда не пробуждает второй дар, Анастейзи.
