В общем, если к свадебке пойдет, я точно знаю, кому преподнесу зелье из плодов и цветков дерева Жакрад.
А что? Я не против понянчить сына или дочь Тирхана! Как и наших общих с Виктраном. А там, глядишь, наши дети и расти вместе будут...
Я отогнала от себя радужные мысли, вернувшись из мечтаний в реальность.
– Это ведь не все? Что происходит в столице?
– Там все под контролем.
– Витя! – кошкой зашипела, забыв, что мы договорились земные имена больше не использовать. Даже наедине.
– Стейзи, драгоценнейшая моя, тебе не о чем переживать.
Ваше с Тирханом зелье работает…
– Не заговаривай мне зубы. Что в столице? Если королева мертва, знать просто так сидеть сложа лапки не станет! А плод? Хотя и недоношенный... Сколько ей до родов оставалось? Еще месяца три? Хватило ли Артусу сил сохранить ребенка?
– Два вехимана. И нет, плод погиб вместе с королевой. Правильнее сказать, что сначала не стало его. В столице – наши люди, мои. Все под контролем. Сейчас часть аристократии – бывший Круг короля – опаивают вашим зельем.
Чуть позже некоторых я и в Источнике ополосну. Когда выясню общую картину полностью…
– А общую – это память Верховного жреца? Ополоснет он... – я хихикнула.
На ум снова пришла принцесса, которая булькала в озере… Отмокала, да…
– Любовь моя, зачем тебе эта грязь? Я даю слово, что вернусь живым. Лучше подумай над тем, что ты хочешь сделать в первую очередь…
– Не меняй тему, – фыркнула я, но позволила мужу поцеловать сначала мое плечо, затем щеку.
Осторожно, конечно же, ведь между нами дрых Илиас, который внезапно воспылал желанием спать с мамой.
И даже оставил Аха! Нежку в итоге мы тоже взяли к себе, только она рядом в люльке спала, а не с нами в кровати.
Ах, судя по ощущениям, носился по Колыбели и заглядывал в окна, проверяя каждого жителя. И вот даже настраиваться на него не надо было, чтобы понять, что дольше всего он любовался спящими детскими личиками.
Я довольно зажмурилась. Нет, знать, что за грязь в голове этого гада, мне точно не хотелось. С последствиями да, столкнуться придется.
К тому же мы с Виктраном пока не научились экранироваться друг от друга, а потому даже то, что не очень-то хотелось рассказывать путем показа воспоминаний, во время сна все равно вырывалось наружу. Так, например, Витя увидел, как я выла на могиле Сергея Денисовича. Вот чего бы я точно ему показывать не хотела. Как и он не особо желал мне демонстрировать некоторые моменты из своей жизни. Казнь, например, которую он своей рукой вершил.
