Онлайн-библиотека книг
Войны, предательства, передел власти… и всё из-за слабых Лун. Никогда.
Опешив, я посмотрела на Кирилла.
— Сильная девочка, — усмехнулся он. — И способная.
— Я никогда не буду с тобой жить. — пообещала я Баеву тихим голосом. — Никогда.
Кирилл жестко усмехнулся.
— Никогда не говори никогда.
— Никогда, — повторила я, замотав головой. — Этого не будет.
Баев хотел что — то сказать, но тут моя волчица, наконец — то вырвавшись, погасила моё сознание. Наконец — то.
Глава 25
— ….Настя, — кричал Кирилл, встряхивая моё тело несколько раз.
Мне отчего — то было сильно больно, просыпаться совсем не хотелось…. я устала и вымоталась.
— Настя! — услышала я снова испуганный голос Кирилла. — Пожалуйста….
Впервые он не приказывал, а просил… но сил, чтобы бороться за собственное существование, уже не было.
— Детка, пожалуйста…
— Медики готовы, — услышала я голос брата. Андрей?? Что он здесь делает?"
"Сильно удивившись, я попыталась было открыть глаза, услышав в этот момент Баевское рычание.
— Не сейчас. — И тут же короткий приказ. — Андрей!
Мой брат тяжело вздохнул.
— Как скажешь, Альфа. Но ты же понимаешь, мне не хочется здесь торчать… дома Катюша одна.
— Это твоя сестра, между прочим, — резонно заметил Кирилл, но вот ответ Андрея меня ошарашил.
— Ты же знаешь, что мы не родные. Я всего лишь её воспитывал. Развлекался. Люди держат в качестве домашних любимцев собак, а оборотни — людей…. — Голос брата прозвучал глухо и как — то неестественно, но я не придала тогда этому большого значения.
Нигде нет места. Никому не нужна.
Грянул натуженный хохот. Если им так смешно, то почему смех не веселый, — подумала я сквозь пелену безразличия. Андрей не мог такого сказать… не мог…
Волчица взревела и её сознание попятилось куда — то назад, вытесняя меня на передний план.
И я открыла глаза.
— Ну наконец-то, — выдохнул довольный Баев. Надо мной, склонившись, стояли Альфа и двое Бет стаи — Гильермо тоже был здесь, поддерживал Андрея. Вдалеке, возле дверей в комнату, за происходящим наблюдал Илья Романович…
А в не зашторенном на ночь окне плавала огромная багряная луна.
— Теперь все вон, — велел Баев, не размениваясь на сантименты.
