— Я знаю, — тихо произнесла она и мягко погладила меня по волосам, я замер, глядя на нее удивленно. Родители умерли два года назад: сперва отец, потом и мама. И она мне призналась. Сказала, что, когда меня увезли из города и заперли в поместье, ты ходил, искал меня, просил моей руки, но они тебе отказали. Она сказала, что тогда они ошиблись, сочтя тебя недостойным зятем, думали, что ты искал только моего приданого. Когда я узнала, то была уже вдовой, могла бы найти тебя… — она погладила меня, в котором видела своего любимого, по щеке, а потом помрачнела: — но было уже поздно, я была занята спасением нашей дочери от скверны.
Не сдержавшись, я выпрямился, уходя от ее прикосновения. Было слишком уж противно, даже магия не помогала оставаться в роли.
Отилия тем временем продолжила:
— Теперь Глинду некому контролировать, и она испортит себе жизнь, станет пропащей девкой, — хрипло произнесла женщина, глядя куда-то в стену.
— Ты вся в своих родителей. Они тоже пытались тебя спасти, — не сдержавшись, произнес я.
Глава 111
Вероника
Они были истинной парой. Еще одна трагичная история любви. Никто не предполагал, но это все объясняло.
Я встретилась с майором Вильгельмом Гаррисоном, чтобы рассказать ему о Глинде, и, конечно, заглянула ему в сердце. У Ренслира не хватило навыков и опыта, чтобы разобраться подробнее в душе преступницы, мы решили, что Гаррисон был просто ее самой большой в жизни любовью.
Но нет, они были истинными. Именно это заставило когда-то девушку броситься в любовь с головой, забыв о приличиях. А расставание с любимым пагубно повлияло на ее, вероятно, и без того не слишком стабильную психику."
"— У меня был приказ, я должен был уехать из столицы по воинскому долгу всего на неделю, но, когда я вернулся, Отилия уже пропала, — пытаясь оправдаться, объяснял Глинде при встрече ее отец.
— Я искал через знакомых, потом нашел возможность встретиться на одном из приемов с ее отцом, тут же попросил руки Тиль… но они и знать меня не пожелали, хоть я клялся, что люблю ее и приложу все силы, чтобы сделать счастливой. — Он потер грудь, будто от боли. — Я пытался ей писать, но все письма возвращались без ответа, а потом капитан сказал мне, что ему передали жалобу, будто я преследую девушку, у которой уже есть жених.
