— Твой Патрик надел свой подарок?
— Хм, не знаю, — растерянно ответила девушка. — Вообще, всем подарки очень понравились, все сразу стали примерять… Патрику досталась булавка для галстука, я сама ее ему застегнула.
Я раздраженно скрипнул зубами. Наверное, учитывая другие факторы, можно предположить, что там были еще и чары привлекательности, которые заставили людей надеть артефакты и активировать их.
— А Лесли?
Дейзи нахмурилась:
— Да… кстати, мне кажется, она свой пакет так и не открыла.
Просто сидела и курила, пока остальные распаковывают подарки… странно…
— Идем к Веронике, — подвел итог я, а затем, подумав, предположил: — а если ты не пойдешь на саму церемонию?
— А?
— Что если вам с Патриком остаться в доме, но на саму церемонию не ходить, остаться в своих комнатах? Это же не обязательно, потом на обед придете со всеми…
— Как можно, это же свадьба моей подруги, я хочу стоять рядом с алтарем, когда их обвенчают! — возмутилась Дениз.
— Даже если это будет опасно? Лесли пропала, ты не забыла? Тут что-то не то происходит? — она нахмурилась. — Вам бы держаться от этого подальше, не так ли? Что если не пойти на церемонию?
— Нет-нет, это невозможно! — поспешно прервала мои рассуждения Дениз, и я успел заметить едва заметный магический всплеск. Значит, вот к чему будут подталкивать носителей артефакты. Преступнику важно, чтобы они были именно на самой церемонии, а не просто в доме.
Значит все произойдет во время нее.
Наконец, Дениза проводила меня к комнате невесты. Волнение за пропавшую подругу помогало ей сопротивляться влиянию артефакта. Постучав, Дениза зашла в комнату, а потом открыла дверь и для меня.
— У вас есть минут двадцать, я пока побуду в коридоре, — пробормотала девушка, с неудовольствием покосившись на горничную, которая что-то перебирала на столе.
— Ты чего-то хотел? — строго осведомилась Вероника и поднялась со стула.
На ней было белое платье, расшитое серебром и блестящими кристаллами, светлые волосы убраны в высокую прическу и прикрыты легкой белой фатой, платье облегало ее, словно вторая кожа, без кринолина и фижм, обрисовывая фигуру до самых бедер и лишь затем плавно расклепалось. Голой кожи практически не было видно, но сам фасон был настолько эротичен, что никаким глубоким вырезам и не снилось.
