Там, вероятно, уже закрыто, но я могу попытаться общественным транспортом доехать до своего магазина — мы работаем почти круглосуточно. На месте можно будет что-то придумать, к кому-то обратиться. Дождаться утра и нанять в конце концов, курьера, чтобы мне из дворца привезли пальто и сумку. Да, все нормально, все можно решить, если хорошенько подумать. А пока нужно разузнать, где я, и найти ближайшую остановку автобуса или лучше метро, в метро тепло и нет дождя.
Я зябко обхватила себя за плечи, понимая, что после этого приключения точно заболею, и поспешила вперед.
Когда я увидела в просвете между домами первый запряженный лошадьми экипаж, то подумала, что это просто центр и тут гуляют туристы. Когда за ним проехал второй, уже напряглась. А следом за ним мимо проехал мужчина на странном трехколесном велосипеде, одно колесо у него было при этом больше метра высотой, а два других — намного меньше. Он напоминал какие-то старинные гравюры.
— День косплееров тут что ли? — пробормотала я себе под нос и вышла наконец-таки на хорошо освещенную улицу.
И остолбенела. По широкой в четыре полосы улице ездили кареты, запряженные лошадьми и без лошадей. Но это были точно не машины. С ними рядом странные велосипедисты. Мимо меня, косясь и перешептываясь, прошла пара. Мужчина был одет так, будто снимается в фильме про Шерлока Холмса: твидовый костюм и котелок, в руках тросточка, а на женщине платье в пол с турнюром и, кажется, корсет.
— Как неприлично! — прошипела дама, поправляя свою изящную шляпку.
— Может, нам вызвать полицию?
А ее мужчина чуть голову не свернул, разглядывая меня. Я вдруг почувствовала его масляный взгляд так сильно, будто это было прикосновение и заметалась, пытаясь одновременно прикрыть декольте и разрез на юбке.
— Точно нужно вызвать полицию! — сварливым тоном повторила она, косясь на своего кавалера.
— М-да, — пробормотал он.
Развернувшись, я быстро зашагала от них в другую сторону, но все прохожие мужчины на меня смотрели одинаково: оценивающе, почти раздевая.
Даже один велосипедист остановился и попытался со мной заговорить, но я, испугавшись, перешла на бег. Я заметалась по улицам, совершенно не представляя, что делать. Споткнувшись, упала и разбила колено. Чулки разодрались, поехали дальше стрелки. В глазах моих стояли слезы: от боли, от непонимания происходящего, от обиды.
— Ох, дорогая, что с вами? Позвольте вам помочь! — послышался мужской голос.
