Хозяйка Дьявола

Сандра нервно сглотнула: её несколько кукольное светлое личико часто воспринимали слишком детским и оттого не верили в предельную серьёзность характера. То ли от очевидной издёвки, то ли от хрипотцы низкого тембра, у неё пробежал холодок между лопатками. Раб явно был не из робких и не собирался выслуживаться перед новой госпожой, а ставить себя перед кем-либо самой ей ещё не доводилось. Обычно, зная её положение и титул, все и так были рады услужить.

– Ваши так называемые бои – дикий пережиток прошлого, – фыркнула она, тщательно маскируя налёт страха за бравадой.

– Если бы меня заботила эта ваша эстетичность, я бы не стал абсолютным чемпионом. Дьяволом арены. Зато тебя, пташка, всё это показушное дерьмо заботит настолько, что ты готова выкинуть триста тысяч, лишь бы только нассать в тапки какому-то рыжему чмырю, – откровенно нагло, криво оскалившись, раб склонил набок голову, как если бы ждал реакции на такой выпад.

И пропустить уже второе хамство мимо ушей графиня не позволила. Медленно поднявшись со стула, Сандра скрипнула зубами от вспыхнувшей под рёбрами злости. Сжав ладони в кулаки, завела руки за спину и гордо вышла из-за стола, смерив раба уничижительным взглядом из-под очков.

– Какая отвратительная наглость, – процедила она, встав в шаге напротив него и запоздало осознав, что ростом едва доставала ему макушкой до плеча. Нос защекотал лёгкий аромат шалфея. – Дерзость и глупость.

– Недальновидно это было бы, если бы у меня появился настоящий хозяин, а не писклявая птаха, – не дрогнув ни единой мышцей лица, всё так же издевательски протянул раб, и Сандра сцепила кулаки ещё крепче.

А дальше пришлось откровенно блефовать.

– Писклявая птаха прямо сейчас может приказать выпороть тебя, как нашкодившего щенка, – она надеялась, что угроза вышла веской и достаточно настоящей. Ведь на деле в Стормхолле и некому было поручить подобное.

Похоже, раб это понял сразу, продолжая откровенно насмехаться."

"– Да ну? И зачем же нам посредники, возьми кнут в свои изнеженные ручонки. Оба получим массу новых впечатлений, – одарив её оценивающе-пошлым интересом, он обличительно прищурился: – Не пытайся меня запугать. Я вижу разницу между тем, кто готов причинять боль, и тем, кто просто зазря сотрясает воздух. И если до тебя всё-таки дошло, что сработаться нам не вариант, давай к делу.