— Хотите меня в свои враги записать? Уверены, что оно вам надо? — спросил он, явно намекая на свою дикую натуру. Ту самую, драконью.
Конечно, разумнее было бы согласиться на его предложение. Но этот тип меня почему-то до ужаса раздражал. И я ничего не могла с этим поделать.
— Я подумаю. Пока вы не внушаете доверия. Дел с вами никаких иметь неохота, — честно ответила я, а Градимир вроде бы выслушал спокойно. Да только чашка в его руке треснула.
Недовольно покосившись на неё, я с трудом сдержала порыв упрекнуть в порче имущества Горыныча.
Наверное, в этот момент включилось чувство самосохранения, раз я промолчала. Ящер и так был знатно взбешён. Одно слово и могло рвануть.
В общем, я спешно сделала глоток из своей чашки, на время замолкая и старательно игнорируя присутствие змея. Тем более Федя плюшки на стол поставил. Причина молчания была в принципе довольно весомая.
Со стороны могло бы показаться, что мы с Горынычем старые друзья, спокойно распивающие чай. Но вот Кузю было не провести.
— Вот так интересное дело, — заявил он с порога. — Пока я там с русалками пытаюсь договориться, она тут чаи распивает с этим змеем-искусителем! — возмутился он, предварительно смахнув с шеи флакон на верёвке с живой водой и позволяя забрать его кикиморе. А сам тут же запрыгнул на край стола, негодующим взглядом смотря именно на меня.
— Ничего я тут чаи не распиваю ни с кем. Он сам пришёл и сел без спросу. Выгнать теперь не могу! — пожаловалась я Кузе. И тот тут же перевёл свой грозный взгляд на незваного гостя.
— Она меня тряпкой отхлестала. Чай — это малая плата за то, что мне пришлось пережить, по вине вашей сумасбродной хозяйки! — не стал уступать Горыныч. И судя по удивлённой морде кота, знатно удивляя того.
— И что, сильно хлестала? — с какой-то затаённой надеждой спросил Кузя.
— Ещё как. Всю тряпку в клочья изодрала, — ответила вместо Градимира кикимора, показывая тряпку в дырах. Ну да, пока по морде драконьей била, она об рога его и порвалась.
Голов-то не одна была к тому же. А целых три. Я особо не церемонилась же, хлестала без раздумий. Куда придётся. Там и непонятно было, по одной и той же бью или по всем разом.
— Любо, — протянул кот, с уважением, смотря на меня и заставляя Горыныча недовольно фыркнуть.
— Вообще-то, я здесь пострадавший! Вы бы ведьму свою приструнили! Ведёт себя недостойно!
— Ой, кто бы говорил! Как лапы свои распускать, так всё нормально.
