Онлайн-библиотека книг
Появляется тяжесть в ногах, ноги начинают казаться свинцовыми столбами, и сделать шаг будет чем-то непосильным. Впору задержать дыхание, но воздуха не хватает. Сладость цветка обволакивает, заполняет лёгкие.
Перед глазами темнеет, но сознание я не теряю. Наоборот, я начинаю видеть.
Невольно вспоминаю про сорта мака, запрещённые к выращиванию…
Рождающаяся перед глазами картинка обретает не только объём. Я начинаю слышать лёгкий звон то ли весенней капели, то ли быстротечного ручейка. Сладость распадается на целый спектр оттенков.
Я вижу близняшек. Они стоят сбоку от Гарета, и для них от стебля отделяется собственная ветвь. А стебель, дотянувшись до небес, раскрывает огромный солнцеподобный цветок.
От семени, от ушедших вниз корней через стебель и через нас с Гаретом, поднимается волна какой-то совершенно сумасшедшей энергии. Её мощь сравнима с цунами, и я искренне не понимаю, почему она нас не сжигает до тла.
Что-то достаётся близняшкам, но основная сила устремляется ввысь и ослепляет вспышкой сердцевины цветка.
Я вскрикиваю от несильной, но очень неожиданной боли в ладони — мы с Гаретом до сих пор держимся за руки.
На тыльной стороне появляется новая магическая татушка, и одновременно сознание гаснет.
Когда я прихожу в себя, я обнаруживаю, что мы по-прежнему в храмовом зале, только многое изменилось. Пропала кадка. Пропал волшебный лес. Стены теперь скучные, каменные. Пропали зрители — ни господыни, ни Веи, ни целительницы, ни других демонов. Пропали близняшки. Надеюсь, их пригласили в комнаты отдыхать…
Я приподнимаюсь на локте.
— Гарет… — не пропал только муж.
Мы лежим бок о бок, и первой очнулась я. Я ещё раз оглядываюсь убедиться, что мы действительно одни.
Дурман не выветрился. На языке сладко.
Я облизываю губы. Взгляд сам собой возвращается к Гарету. Накидка чуть задралась, и видно босую ногу выше колена. Я ловлю себя на том, что уже тяну руку, чтобы смахнуть полы накидки совсем.
