Хозяйка графских развалин

Я не ориентируюсь в ценах, поэтому не знаю, сколько такие фамильяры должны стоить. И правильно ли я поступаю, что торгуюсь, а не зову стражей, как грозилась. Гламур, судя по его эффекту, точно не то средство, которым можно разбрасываться как освежителем воздуха.

Уж лучше показать всех трёх фамильяров целителям — важнее всего убедиться, что здоровью Бетти ничего не угрожает.

— Хм…

— Девять золотых, — упирается торговец, — и я, кроме фамильяров, отдаю не только их клетки, но и запас корма на десять дней.

— Фью-тью-фью, — впервые высказываются хорьки.

Они что, пытаются кокетничать и строить мне глазки?! Эффект гламура я вроде бы стряхнула, но хорьки по-прежнему кажутся милахами, так бы и затискала.

— Хорошо, на таких условиях пусть будут девять золотых, — соглашается Гарет.

Он расплачивается — местную валюту мне помогла поменять леди Вея, в счёт слёз солнца, разумеется.

— Благодарствую, — получив монеты, торговец кланяется.

Мы переплатили втридорога?

— Возвращаемся, — Гарет берёт Бетти под руку, в другую руку клетку с хорьками и прицепленную к ней снизу пустую клетку кото-кроля, так и оставшегося топтать плечи хозяйки.

Зато в его клетку отправляются мешочки с мелкими кристалликами, которые следует отсыпать хорькам дважды в день по полгорсточки на каждого.

Надо возвращаться, но…

В этот раз подвожу я.

Слева раздаётся зычный возглас:

— Диковинки из дальних миров, диковинки с Пангеи!

Разве это не одно из названий Земли?!

Я устремляюсь на голос раньше, чём осознаю, что творю, благо лавка диковинок недалеко, буквально через пару торговых павильонов от лавки торговца фамильярами.

— Дани?! — кричит Гарет мне вслед.

Глава 38

Начинаю думать, что рынки опасны — столько соблазнов!

Лавка с первого взгляда производит впечатление лабиринта с сюрпризами. Стеллажи Составлены так, что образуют петляющие проходы. Как раз тот случай, когда заблудиться в трёх соснах легче лёгкого.

Навстречу мне выплывает… В детских мультфильмах похожим образом рисуют русалок или джинов. Верхняя половина тела человеческая, а вместо ног толстый короткий хвост.

Плавников у торговца не было, лампы, над которой он бы парил, тоже. Короткий кончик упирается в пол, и торговец умудряется сохранять вертикальное положение. К какой расе он принадлежит, даже гадать не возьмусь.

Мой вид слишком красноречив, и торговец расплывается в хитрой улыбке:

— Госпожу интересуют диковинки иных миров?

— Только Пангея.

— А как же Кракс?

— Только Пангея, — твёрдо повторяю я.