Проходя мимо, она вдруг с силой толкнула меня плечом:
— Не забывай обо мне, Войнич, еще свидимся.
Сказать, что я хоть что-то поняла? Да нет. Но она одарила меня таким взглядом, что стало не по себе.
Стуча каблучками высоких ботинок, она удалилась."
"— Ты человечка, да? — обратился ко мне один из оставшихся ребят.
Я кивнула, провожая взглядом эту самую Элику.
— Видимо, там у тебя кто-то из своих, — второй парень кивнул на дверь в кабинет, возле которой эти двое и стояли.
— С чего вы так решили? — прищурилась я.
— Да она твою презентацию украла, пока ты в потолок таращилась, — пояснил мне первый парень. — Все с листа зачитала, а что не поняла, так ты ей сама и выдала. Она и пошла им про эту самую росянку рассказывать.
— Только ее завалили, — усмехнулся второй. — На будущее — умнее будь.
Открыв рот, я только и смогла, что кивнуть.
— И это, быстро чуть речь переделай, — подсказала девушка за спиной, — чтобы за ней не повторяться.
Я снова закивала и вытерла вспотевшие руки…
Ожидаемо меня запустили последней.
Трясясь, на негнущихся ногах я вошла в заветный кабинет.
— Это ваша, профессор Шуман? — меня встретили прямым вопросом, правда, адресованным не мне.
— Да-да, коллеги, — просиял друг нашей семьи и мой главный «козырь» по совместительству, — та самая Петуния Войнич. У девушки грандиозные планы.
— Ну, мы готовы их выслушать, — на меня уставился низенький полный бородатый мужчина, — начинайте, а мы послушаем.
Про росянки от вас.
— Профессор Тримашка, что же вы так сразу? — возмутился профессор Шуман. — Девочка талантлива.
Но этот самый Тримашка лишь криво усмехнулся.
Я же смекнула, что запахло жареным. Набрав полную грудь воздуха, скомкала свои записи и, улыбнувшись этому низкорослику прямо в лоб, заявила:
— Я пришла сюда, чтобы сообщить, что открываю при вашем университете оранжерею хищных растений и планирую собрать самую полную коллекцию представителей этой группы для углубленного изучения.
Мне необходимо помещение, оснащение и, конечно же, знания, которые я собираюсь добыть на ваших лекциях, господа профессора.
На меня в упор уставились двенадцать пар ошарашенных от моей наглости глаз.
— Вот это я понимаю — коротко и ясно, — профессор Тримашка пригладил бороду и хохотнул. — По-моему, господа, это самая четкая и понятная на сегодняшний день самопрезентация.
