— Почему не разбудил?
— Петуния, здесь похоже дождь каждый день. Успеешь насмотреться. Мы ещё над палатками специальный навес сделаем, и преграду для воды по периметру. Я это предусмотрел. Будет у тебя самый лучший лагерь.
Я растроганно вздохнула и нашла взглядом злющую Соели.
У неё глаза ненавистью буквально пылали.
— Лукер, а можно ещё защиту какую-нибудь, чтобы разные здесь не ползали и не пугали меня почём зря?
— Можно, — он снова хохотнул. — Раз долбанёт, второй не полезут… всякие. К тому же Риме её запомнил, теперь почувствует ещё на подходе.
Зря она с ним так… Но наукой будет. Всё, пойдём менять тебе штаны.
— И куртку чистить, — закивала я.
Странно, но вот сейчас находиться на руках Лукера мне было комфортно. И даже смущение пропало. То ли его мягкость подкупила, то ли сказалось то, как он утёр нос Соели.
Или всё сразу. Но я гордо отправилась на руках огромного орша в сторону нашей стоянки, но, не выдержав, обернулась и бросила на Соели такой взгляд, словно она червь навозный.
Зашипев, кендалийка пнула ногой по луже, заливая грязью бампер нашего катерка.
— Вот… гадина, — выдохнула я.
— Спокойно, — голос Лукера даже не дрогнул. — Мы ещё макнём эту принцессу лицом в болото. Я, конечно, не привык воевать с женщинами. Как-то это не красит мужчину. Но вот ради этой особы сделаю исключение. Прибежала мымра смотреть, что у нас и как. Прав был Кирр, когда сказал, что они сами из себя ничего не представляют. Будут нас копировать во всём. Так что предоставятся нам возможности научить их жизни.
Глава 30
Затащив под тяжелый, плотный навес, Лукер усадил меня на ящик и, порывшись в одном из рюкзаков, вытащил комплект специальной одежды.
— Пока вот в это переоденем тебя, Петуния. Сыро здесь и ветер нехороший. А как палатку установим, так уже нормальные вещи в ход пойдут.
Я осмотрела костюм. Непромокаемые брюки, такие же были сейчас на нем. Носки, футболка и куртка с накладными карманами. Совершенно неженственный наряд, но меня это вполне устраивало.
Кивнув, я оглянулась.
Как бы переодеваться у всех на виду — такое себе удовольствие.
Хотя от ребят меня скрывал контейнер. Риме и вовсе куда-то отошел. Соседи слишком далеко.
Я уставилась на орша:
— Подглядывать не буду, — он прищурился.
— Не привыкла я к тебе такому, — пробормотала, расстегивая на себе его куртку. — Как будто и вовсе незнакомы."
"— Орши, Петуния, не бывают легкомысленными, — четко произнес он в ответ, поворачиваясь ко мне спиной. — Тебе пора бы присмотреться к нам внимательней.
