– Это обнадёживает, – облегчённо выдохнула я. – Давай всё же проведаем Вилану? Мне нужно немного отвлечься.
– Удачи и терпения! – с чувством воскликнула Лалли. – А я полетела встречать мастера Эмильена.
Не дожидаясь ответа, фейри улетела, а Родгер открыл передо мной портал. Шаг, и мы переместились в лазарет, но не успели рассеяться золотистые искры, как я услышала пронзительный женский визг.
– Моя нога-а-а-а! – донеслось из ближайшей палаты.
– Леди Вилана, успокойтесь! – рявкнул лекарь.
Эм-м-м... «вторая часть Марлезонского балета»? Леди Гадюка решила взять реванш и отомстить целителю за то, что упёк её в лазарет?
– Магистр Лори, смените тон, – голос незнакомого мужчины звучал с ленцой, но только глухой не услышал бы в нём угрозу.
Словно каждое слово, каждая буква были пронизаны отравленными иглами.
– И потрудитесь объяснить, чем вы занимались всю ночь? Почему моя дочь до сих пор страдает?!
Ох ты ж... кажется, Вилана призвала тяжёлую артиллерию! Пора спасать целителя!
– Не реагируй на провокации! –раздался в голове голос Родгера.
– Держись отстранённо, но в рамках этикета. И следи за эмоциями, отец Виланы сильный эмпат.
Да что ж за утро-то такое!
Сказать по этому поводу хотелось многое, но ни возмутиться, ни испугаться мне не дали. Из палаты донёсся ещё один стон, и мы поспешили на помощь лекарю.
– Вашей дочери оказали необходимую помощь, – прошипел целитель, продолжая водить над ногой Виланы ярко-синим кристаллом, – никто не виноват, что она не соблюдала постельный режим и пыталась удрать из лазарета!
– Ваша вина, что в коридоре было скользко! – взвыла магесса.
– Я упала...
Правильно говорят, не кличь беду, сама придёт! Вот и леди Гадюку настигла мгновенная карма, и прикидываясь пострадавшей, она травмировала ногу по-настоящему.
Я не была суеверной, но к приписыванию себе травм и неудач относилась очень серьёзно. В детстве каждый раз, когда пыталась «откосить» от тренировки, сославшись на ушиб, вскоре падала по-настоящему. Да так, что искры перед глазами плясали.
Так что зря Вилана затеяла этот спектакль, лучше бы извинилась вчера перед магистром за ложный вызов и с достоинством ушла на своих двоих.
– Жемчужинка моя, хочешь сказать, что ты поскользнулась уже в лазарете? – высокий худощавый мужчина в белоснежном костюме коршуном навис над сидящим у постели лекарем.
Но выдержка у того была стальная. Сразу видно, что магистр Лори привык отбиваться от высокопоставленных пациентов и их буйных и наглых родичей.
