Я ни капли не сомневаюсь в своём выборе сидеть с Даниэлем. Не похоже, что он помнит, но ночью у него случились кошмары. Он кричал… Страшно вспомнить.
Когда я тронула его за плечо и он, толком не просыпаясь, открыл глаза, я подумала, что кошмар отпустил, но Даниэль провалился в него как в чëрный колодец ухнул. Тогда я осталась рядом, взяла за руку и Даниэль почувствовал моё касание сквозь сон, успокоился, дыхание выровнялось, сон стал безмятежным. А я побоялась отпустить его руку, побоялась, что кошмар вернётся.
Надо будет днём поспать… Шея затекла, бок, на котором я висела через подлокотник побаливает, но это мелочи.
На свежую голову я дохожу до очень простой и неприятной для меня мысли – свалить быт на крепкие крестьянские плечи вот прямо сейчас не получится.
Сколько идти до деревни? Сколько времени я потрачу на найм? Как я буду выбирать? Оценивать по чистоте в избе? Сколько топать обратно? А если по дороге что-то случится? Не знаю, где главная героиня, но мадам-то убежала, и не факт, что навсегда.
Поход откладывается на неопределённый срок. Пожалуй, я даже на улицу поостерегусь выходить. Я же во вчерашнем неравном бою всё козыри слила, и, надо признать, даже с козырями, если бы не Даниэль, я бы не справилась.
Опять же…
А если, пока меня не будет, Даниэлю станет плохо, то кто ему поможет? Тащить его с собой на кресле? Смешною Эх, а я уже успела нафантазировать, как примерю роль княгини и буду раздавать ценные указания. Обидно.
– Ещё ложку? – буднично уточняю я.
Я замечаю состояние Даниэля и притворяюсь слепой. По-моему, это лучшее, что я могу для него сделать – не смущать. Исполнять роль нимфы по вызову я отказываюсь. Да и Даниэлю односторонний процесс едва ли понравится.
Даниэль соглашается и на ложку, и на вторую. Сегодня он не колючий вредина, а покладистая душка? Какая прелесть, тем более аппетит – хороший признак. Значит, организм жадно черпает силу и латает дыры.
От моего неловкого движения капля пюре вытекает в уголок губ.
Я промакиваю полотняной салфеткой.
Вот как тут удержаться?
– Знаешь, – хмыкаю я. – После всего, что между нами было ты просто обязан на мне жениться, но, какая осечка, мы уже женаты.
Даниэль отвлекается от еды, переводит взгляд на меня.
О чëм он думает?
– Что? – улыбаюсь я.
Правый уголок, тот самый, который я вытерла, чуть приподнимается. Я вижу не столько само движение, сколько напряжение лицевых мышц.
