Достав из ножен кинжал, рыцарь быстрыми и точными движениями отреза́л небольшие кусочки от еды, разложенной на столах, и отправлял их в рот, как мне показалось, глотая не жуя.
Закончив с дегустацией, он, прищурившись, посмотрел на меня – и, усмехнувшись, произнес:
– Если б эта девчонка была поварихой в моем войске, клянусь небесами, мы бы не знали, что такое дезертирство: солдаты далеко не убегают от котлов с такой стряпней.
Народ в толпе одобрительно зааплодировал. Раздались крики:
– Давай, Глефа! Покажи благородным господам, что такое настоящая еда!
Распорядитель поднял руку, и толпа притихла.
– Третьим к столам претенденток приглашается преподобный аббат Сент-Илера.
В толпе за моей спиной послышались недоуменные голоса:
– А это еще кто?
– Никогда про такого не слышал.
– Какой-то священник решил побаловать себя, небось, надоело сидеть на монастырской каше.
Легко раздвинув толпу, к столам вышел довольно любопытный персонаж – высокий мужчина, ростом метр девяносто, не меньше. Одет он был в монашескую рясу, скрывавшую фигуру, подпоясан простой веревкой, а его лицо было спрятано в тени глубокого капюшона.
– Ничего себе аббат, – раздалось из толпы. – Всем аббатам аббат. Плечи-то глянь какие, любой кузнец позавидует.
– А рост! Выше Глефы будет! Я уж думал, что длиннее ее не найти никого во всей Англии.
– Может, из бывших рыцарей?
– Похоже на то. Осанкой очень смахивает на воина, не понаслышке знающего, как работать мечом.
Между тем аббат по очереди подошел к каждому из столов, отломил по два-три кусочка от каждого из представленных кушаний, по очереди отправил их под капюшон, после чего что-то негромко проговорил на ухо распорядителю и быстро удалился.
Я заметила, что, когда этот священник шагнул в толпу, его немедленно окружили несколько других монахов, одетых так же, в сопровождении которых аббат и ушел куда-то.
Ну а чего, нормально. Перекусил между делом – кто ж священнику откажет? – мнение высказал, да и ретировался. А вот что это за мнение, интересно мне было прям до трясучки пальцев, которые я аж вместе сцепила, чтоб не выдать своего волнения.
Наконец распорядитель, выдержав многозначительную паузу, поднял руку и провозгласил:
– Сегодняшним состязанием оценивалось искусство приготовления пищи по следующим составляющим: вкус, запах, внешний вид, а также полезность для тела, души и здоровья. Выслушав мнения достопочтенных судей, я объявляю следующее. По внешнему виду и вкусу представленные кушанья оказались примерно равными.
