— Про Золушку!
Удачливая девица, которая с помощью крёстной-феи сумела очаровать принца и стать его женой была у сестричек явной фавориткой.
— Ладно, слушайте!
Я рассказывала сказку, краем уха прислушиваясь к потокам дождя за окном, когда Августина неожиданно сказала:
— Красивый!
Я даже не сразу поняла, о чём она, лишь минутой позже сообразив, что девочка водит пальцем по чёрному узору брачного браслета у меня на запястье.
— Да, красивый.
Если честно, я про него практически позабыла. Тогда, очнувшись после показанных мне воспоминаний Элены, я покрутила руку, мельком взглянув на переплетающийся тёмный узор, но толком так и не рассмотрела — некогда было, а потом и вовсе не до этого.
Со временем я перестала обращать на него внимание — привыкла, что это неотъемлемая часть меня.
— А почему он чёрный? Вот такой был бы красивее!
Малышка ткнула в крошечную золотистую точку на конце одного из завитков. Странно, почему она не потемнела? Когда-то вся татуировка браслета была золотая, но после гибели моего мужа она полностью почернела, кроме этой крошечной — не больше спичечной головки, точки спрятавшейся на внутренней стороне запястья.
"
"Я послюнявила палец и потёрла золотинку — никакого результат. Поскребла ногтем, та же история. Может, во время моего подселения в это тело что-то перемкнуло, вот браслет и чудит? Впрочем, какая разница?! Мне это совершенно не мешает.
— Так что, сказку дальше рассказывать?
— Рассказывать, рассказывать! — под одеялом завозились два маленьких тёплых комочка.
Вскоре, даже не смотря на приглушённые раскаты грома, обе задремали, я и сама не заметила, как уснула вместе с ними.
К утру ветер стих, но дождь, словно нехотя, продолжал моросить, загнав всех нас под крышу. Роберто рассказывал, что летом осадки тут обычно бывают нечастыми, но обильными.
Я уже привыкла к ежедневным прогулкам: сначала на огород, проверить, как там идут дела, затем за ворота крепости. Частенько меня сопровождали Аделина и Августина, после стольких лет взаперти малышки с жадностью исследовали окружающий мир.
Дождь несколько сбил нас с привычного ритма, поэтому я решила посвятить внезапно появившееся свободное время библиотеке. Дворецкий показал мне, где лежат старые рукописи, принадлежавшие прежним хозяевам замка. Старый громоздкий сундук стоял в самом тёмном углу комнаты. Признаюсь, исследуя библиотеку, я ни разу не обратила внимания на этот пошарканный деревянный ящик, который кто-то заботливо прикрыл серым, невзрачным куском холстинки.
