Причём нигде не были упомянуты причины, почему их забросили. Главой в те времена был Дэвид Тирсо. Я отобрала все документы, касающиеся того времени: дневники, письма, даже старые расписки в получении продовольствия и журнал мод, датированный тем периодом.
Я решила изучить их более тщательно, меня не отпускало ощущение, что разгадка таится где-то тут. Что же случилось в те годы? Банальный ответ, что камни просто закончились, меня почему-то не устраивал.
Вернув остальные бумаги назад в сундук, отобранную пачку я убрал в тайник, спрятанный за картой, решив начать с дневника Дэвида Тирсо, радуясь бытующему среди благородных особ обычаю записывать всё важное на бумаге.
А на следующий день Лина принесла мне готовый костюм. Примерка показала, что он необыкновенно удобный, особенно по сравнению с платьями, длиной в пол. Мне не терпелось испробовать его в деле, поэтому я велела запрягать Кексика, собираясь прогуляться до ближайшей горной гряды.
Когда мы выехали за ворота, от восторга у меня перехватило дыхание.
Умытая недавним дождём долина окрасилась во все оттенки лилового.
— Лавандовая долина! — прошептала я.
— Так оно есть, согласно закивал сопровождавший меня в этой поездке Роберто, — Лафкардия по-тюрски означает: цветущая лаванда.
Глава 27
Я принялась с удвоенной силой исследовать горы. Сначала мои вылазки были совсем короткими: я собирала образцы горных пород, брала очередной камешек в руку, зажимала в ладони и прислушивалась к всплывающей в голове информации.
Затем всё тщательно записывала и зарисовывала. Вскоре из этих зарисовок у меня начала складываться своя особая карта.
Это было так увлекательно, словно я вернулась в те времена, когда мы с отцом и мамой отправлялись в очередную экспедицию. Ведь камни… они умеют говорить, за каждым из них стоит своя история.
Вот этим горам, например, около семисот миллионов лет. Очень древние породы, в основном состоящие из гранита, кристаллического сланца и кварцевого диорита. Долину обрамляли северные склоны горной гряды, Роберто рассказывал, что они более пологие, чем южные, выходящие на владения Тюрского князя.
Но даже на таком небольшом отрезке горные породы удивляли своим разнообразием, чем дальше мы продвигались в сторону самой узкой части долины, тем чаще мне попадались известняки, доломиты и песчаники. А я прекрасно помнила, что горы, сложенные известняками обычно изобилуют карстовыми формами рельефа. Если по-простому — воронками и пещерами.
