— Груня, — позвала я горничную, — тут у кровати лежала такая старая толстая тетрадь, ты не видела?
Горничная каждое утро убирается в моей комнате, может, переложила куда.
Груня клялась что ни вчера, ни сегодня утром никакой тетради она не видела, девушка напомнила, что после нашего приезда из города она вошла в комнату вместе со мной — тетради уже не было. Но я точно помню, что сразу перед отъездом положила её прямо туда!
Не видела тетрадь и Эбби, хотя она тоже была в городе вместе со мной. Роберто вовсе старался лишний раз не заходить в дамские комнаты.
Позвали Луизу и Лину, девушка даже расплакалась, боясь, что именно её обвинят в краже, ведь она появилась в замке совсем недавно.
— Может дети взяли? Ты слишком много им позволяешь! — поджав губы, высказалась Эбби.
В детскую я отправилась одна, но и там дневника не было, тем более Стася, няня девочек, божилась, что ни на минуту не оставляла их одних.
Как бы там не было — дневник пропал. Это я и сообщила ожидающим меня мужчинам.
— Вот, всё что осталось, — выложила я на стол пачку пожелтевших от времени счетов и записок. — Есть ещё журнал мод, но думаю, он нам мало в чём поможет, — я грустно улыбнулась. Радоваться было не чему, у меня в замке завёлся вор, хотя я до последнего лелеяла мысль, что тетрадь просто куда-то завалилась.
Мужчину тут же накинулись на кучку старинных бумаг, чуть ли не вырывая их друг у друга. Это они так стараются, чтобы мне помочь? Как бы там ни было, день был полностью испорчен.
Антуан и Рауль вдоль и поперёк просмотрели все бумаги. Сорель даже что-то записывал в маленькую, висящую на цепочке, пристёгнутой к поясному ремню, книжечке. Глядя на него, Фабер тоже попросил грифельную палочку и бумагу.
Время неутомимо близилось к обеду, но, как ни странно, оба засобирались восвояси. Сначала Фабер, а за ним и Сорель. Как будто не хотели расставаться. Правда, оба пообещали навестить меня в конце недели.
Радуясь, что так быстро от них избавилась, я даже отправилась проводить гостей до самых ворот.
Стоящий там часовой как раз обедал, но увидев нас, отставил миску в сторону, вытянувшись и отдав честь.
Выйдя за ворота, мужчины вскочили на своих лошадей, а я, как сказочная принцесса, провожающая своих рыцарей, помахала им рукой. Те, перегоняя друг друга и поднимая клубы пыли, помчались вниз по дороге. Навстречу им шла одинокая женская фигурка, заметив всадников, она отошла в сторону, уступая им путь.
