Поэтому когда я без стука ворвалась в её комнатку, путано объясняя, что Анри пришёл в себя, она быстро поднялась с кровати, на которой только что отдыхала, повязывая белоснежный передник и, отодвинув меня в сторону, отправилась к больному.
Я хвостиком пристроилась следом, а через пару минут в дверях появились Роберто, Луиза и Мари, все шёпотом интересовались о состоянии своего хозяина.
Анри, опираясь спиной о подушки, полулежал в постели, глядя на всех немного ошалевшими глазами, не понимая, что это за ажиотаж.
Знахарка деловито пощупала ему лоб, оттянув веко, заглянула в глаза, потрогала запястья, действуя как заправский доктор. Потом обернувшись, велела сварить куриного бульона и принести один из её отваров, который по составу больше напоминал глинтвейн.
Красное вино, сок апельсина, мёд и немного пряных травок. Не похоже на зелье, скорее всего это обычный витаминный напиток.
Луиза и Мари тотчас исчезли, лишь дворецкий, переминаясь с ноги на ногу, остался у двери.
Спровадив половину зрителей, знахарка принялась выспрашивать больного о его самочувствии.
Откинув одеяло, она принялась ощупывать его ноги, даже несколько раз согнула их в коленях, немного поцокала языком и вернула одеяло на место.
Это меня несколько напугало, очень беспокоило то, что Анри совсем не чувствует своего тела. Я с замиранием сердца ждала, что скажет лекарка.
— Неплохо! — широко улыбнулась она. — Чувствительность скоро вернётся, правда господину придётся заново учиться ходить.
А пока я научу вас делать так, чтобы у него не появилось пролежней.
Знахарка поманила Роберто, после чего показала нам, как нужно переворачивать Анри на бок и на живот, поочерёдно разминая ноги и спину.
— Чем чаще будете делать, тем быстрее вернётся чувствительность, — пояснила она.
Анри стойко терпел всё, что с ним делали, хотя я видела, как заалели его щёки, когда я, повторяя движения лекарки, принялась разминать его ступни. Надо же какой стеснительный!
Когда его слегка раскрасневшегося снова усадили, подоткнув под спину подушки, он не удержался снова спросив:
— Объясните мне, наконец, что тут всё же происходит?! Что со мной случилось?
Мы с Роберто переглянулись, я вздохнула, спрашивая:
— Что последнее ты помнишь?
Анри задумался, чуть нахмурив лоб.
— Музыка. Мы, танцевали, — в этом месте его губы тронула мимолётная улыбка, — потом вспышка света и всё!
— У тебя на теле были какие-нибудь татуировки?
— Да, была одна на руке.
