Вызвоненные из плена ребята лежали на кроватях по двое в каждой комнате.
— Всего четверо?
— Один не выжил, сама видишь, в каком они состоянии.
Выглядели парни просто ужасно, про таких говорят: краше в гроб кладут. Худые, измождённые тела, грязные свалявшиеся волосы, потрескавшиеся губы. На лице и руках синяки и покрытые заскорузлой коркой ссадины. Единственное что в них было живое — это глаза. Глаза безумно уставших, но несломленных людей.
— Антуан, мне так жаль! Это всё из-за меня!
— Полноте, Элена, я просто делал свою работу.
Видимо не очень хорошо, — Сорель попытался улыбнуться, но скривился от боли в разбитых губах. От его былой красоты почти ничего не осталось.
Мы вышли из комнаты, там я держалась, как могла, но теперь глаза застилали едва сдерживаемые слёзы.
— Нужно послать за знахаркой. И разбудить магистра Эванса, может он подскажет что делать!
— Не суетись, родная, — Анри обнял меня, прижимая к своей груди, — им просто нужно поесть и как следует выспаться.
— Они солдаты, им это не впервой.
— С ними точно всё будет хорошо? — я подняла на него полные слёз глаза.
— Точно! — он наклонился, поцеловав меня в кончик носа.
— Это ведь они из-за меня, из-за нас! Чтобы помочь тебе вспомнить и вернуть всё, что забрал Витольд. Ох! Анри, он же был здесь, мы виделись!
— Кто? Дядюшка?
— Да, Витольд прислал письмо, что он в Лафкарде и тогда мы с отцом, ой, ты же не знаешь, папенька приехал, мы с отцом поехали к нему навстречу, я чуть со страху не померла! А потом он уехал, и теперь за замком следят.
Мы думаем, что это его люди!
— Стоп! Подожди, не части! Давай всё по порядку! А ещё я бы выпил горячего чаю и чего-нибудь съел!
Мы, держась за руки, вернулись на кухню и, наплевав на этикет, уселись прямо за большой кухонный стол. Мари тут же поставила перед Анри большую миску каши с мясом, блюдо с тонко нарезанным окороком и кусочками молодого козьего сыра, добавив исходящую паром кружку травяного чая.
Передо мной она поставила кружку поменьше и снова занялась своими делами."
"Сделав несколько глотков ароматного напитка, я почувствовала, как тревога отступает. Чуть успокоившись, я рассказала мужу всё, что случилось, пока его не было.
Потом Анри вкратце поведал о своей поездке, впрочем, подробности меня не интересовали, и так понятно, что там было столько нарушений закона, что лучше мне об этом не знать, главное, что все вернулись домой.
