Как бы там ни было, но дорогу действительно развезло, стоило заехать в низину, как колёса нашего тяжёлого экипажа вязли в грязи. Лошади всхрапывли, выбивали копытами мокрую землю, вытаскивая карету на более-менее сухой участок."
"Вечерело, небо вновь затянулось серыми тучами, поднялся ветер. Возница что есть силы подгонял и так уставших лошадей, стараясь успеть выехать из леса до темна. И вот уже когда впереди появился светлый прогал лесной опушки под дном дилижанса что-то хрустнуло и он резко завалился набок.
Я едва успела убрать ноги от покатившегося в мою сторону сундука. Эбби рядом ругалась и постанывала, кажется, она сильно ударилась.
Дверь распахнулась, внутрь заглянул обеспокоенный Фред.
— Все живы?
— Что случилось?
— Ось на колесе лопнула, чинить надобно. И нет бы днём, тут как назло к ночи. Ладно, хоть лес проехали.
С помощью Фреда мы с Эбби выбрались наружу, это было нелегко, так как она сильно завалилась на бок, а дорогу перекрывали сдвинувшиеся с места сундуки.
На улице снова похолодало, с неба срывалась мелкая, словно пыль, изморось. Перед нами уже маячила перспектива ночёвки на обочине, когда вдалеке показался тусклый огонёк. Он словно пьяный плясал, подпрыгивая и качаясь из стороны в сторону. Только когда он совсем приблизился, мы поняли что это повешенный на оглоблю фонарь. С нами поравнялась обычная деревенская телега.
— Чаво, сломаналися? — на телеге, завернувшись в тулуп по самые брови, сидел мужичок.
— А то сам не видишь! — вздохнул Фред.
Мужичок спрыгнул с телеги, взял в руки фонарь, деловито обходя наш дилижанс по кругу.
— Это вы надолго встряли! Сурьёзный ремонт требуется! — мужик оценивающе прищурился.
— Скажи мил человек, до жилья тут далеко? Видишь, у меня тут дамы, замёрзнут совсем.
— Дык деревня тут недалече, я туда и еду. У кума малясь засиделся, вот и пришлось впотьмах добираться. Ежели, ваши барышни моим жильём не побрезгуют — так милости просим!
Да мы сейчас даже шалашу были бы рады!
Мужичок назвался Пронькой, он гостеприимно пригласил нас в свою телегу.
Было заметно, что у кума он задержался не просто так, от мужика явственно попахивало медовухой. Фред не хотел отпускать нас с ним одних, но и хозяйское добро оставлять без присмотра он тоже не мог.
Общими усилиями сундуки были перегружены на телегу, в карете остались лишь перины да подушки — везти их по такой погоде, только портить.
