Когда я поинтересовалась, можно ли тут помыться, то мне ответили:
— Конечно! В купальне!
Купальней оказалась отдельная комнатка с печью немного странной формы, сложенной из подобранных по форме камней. Тут стояло несколько деревянных бочек, вдоль стены тянулась широкая каменная скамья. Камень тут преобладал везде, заменяя даже некоторые элементы мебели.
С каким же наслаждением я забралась в тёплую воду, не удержалась и окунулась в неё с головой. Раздетые до нижних сорочек Груня и Эбби тоже были тут, помогая мне мыться.
Нянюшка достала из сундука кусок светлого душистого мыла, сама намыливала им небольшую тряпочку, передавая её Груне, а уже девушка тёрла ею мне спинку, вызывая такое блаженство, что я чуть не стонала от удовольствия.
Дольше всего пришлось повозиться с волосами, чтобы промыть их как следует. Мне ещё предстоит научиться ухаживать за этими длинными и густыми локонами, в прежней жизни я предпочитала удобную короткую стрижку.
Казалось, я сбросила с себя сразу несколько килограмм, даже дышать стало легче.
Пока я, сидя у печи, сушила волосы, Эбби и Груня по очереди вымылись в той же бочке. Их нисколько не смущало, что кто-то там уже купался до них.
Переодевшись в чистое, я и Эбби отправились в выделенную нам комнату, а Груня осталась стирать грязные вещи. Нянюшка пояснила, что за горячую воду уже оплачено, нечего добру пропадать!
В комнате у стены стоял низкий топчан с матрасом и несколькими подушками. В углу лежали ещё два скрученных в рулон матраса. Как я поняла, слугам тут полагалось спать прямо на полу.
У топчана стоял небольшой столик, на котором я обнаружила кувшин с таном и вазочку с тюльпанами. Постельное бельё пахло солнцем и немного травами. Этот постоялый двор разительно отличался от того, в котором мы останавливались на большом тракте, мне тут нравилось!
И спалось тут сладко и спокойно.
Утром Эбби и Груня в четыре руки принялись меня одевать и причёсывать. Для поездки в мэрию из сундука достали самое нарядное платье — розовое с пепельной отделкой.
Его пошили для предстоящего выхода в свет, да вот не случилось. Хотя, нужно отдать должное, вкус у мачехи был — платье действительно было замечательное, эти два цвета гармонично сочетались друг с другом и удивительно шли к моим светлым волосам.
За эти несколько дней болезненная бледность сошла с моего лица, я уже не напоминала оживший труп. Свежий воздух и деревенское питание сделали своё дело — щёки порозовели, тёмные мешки под глазами разгладились.
