При себе у жертвы никакого дневника найдено не было, как и в съемной комнате, в которой жила девушка.
– Нет, – Агата покачала головой. – Это неэтично.
– Конечно, – Аластер кивнул, понимая, что даже сам вопрос был слегка оскорбителен для Агаты, но не попытаться он не мог. – Когда Мария была у вас, вы не заметили ничего странного в ее поведении?
– Она была слегка встревожена, – припомнила Агата. – Я списала это на волнение из-за дневника. Хотя постойте, – торопливо добавила она, явно о чем-то вспомнив.
– Да? – спросил Аластер, нетерпеливо подавшись вперед.
– Когда Мария была здесь, в какой-то момент она посмотрела в окно и вскрикнула. Я спросила ее, все ли в порядке. Она ответила, что все хорошо, просто показалось, что за окном бродит… гремлин.
В этот момент Тадеуш поперхнулся и закашлялся. Видимо, от неожиданности он выпустил чашку из рук. Та упала, расплескав по деревянному полу остатки чая.
– Простите! – повинился он и быстро встал. Стул покачнулся и упал. Тадеуш, увидев это, бросился поднимать его, но наступил на чашку.
Тонкий фарфор не выдержал подобного обращения и с хрустом треснул. – Извините!
– Тадеуш, – почти прошипел Аластер, убийственным взглядом прожигая подчиненного, устроившего хаос из-за простого кашля. – Прошу простить нас, мисс Чемберли. Я обязательно куплю вам новый сервиз.
– Не стоит, – отмахнулась Агата и направилась в жилые комнаты. Вскоре она вышла с веником и совком. – Этот набор уже старый. Я и так планировала его заменить. Так что нет необходимости переживать или покупать что-то новое.
– Нет, я настаиваю.
– Я говорю вам, что все в порядке, – заупрямилась Агата.
– Но…
– Все хорошо, – она твердо посмотрела на него, а потом улыбнулась. – Не стоит переживать. Если она треснула, значит, такова судьба этой вещи.
Аластер не был согласен, но не стал спорить. Он решил, что все равно купит новый набор и пошлет его анонимно. Конечно, Агата и так все поймет, но у нее не будет выбора, ей придется принять извинительный подарок.
Когда хаос был укрощён, а беспорядок убран, троица вернулась за стол. Никто из них не обратил внимания на то, каким напряженным был Тадеуш.
– Итак, гремлин? – со скепсисом спросил Аластер, вспомнив, о чем они говорили перед катастрофой.
– Да, именно так она и сказала, – подтвердила Агата.
– Ее кто-то преследовал?
– Я не знаю, – Агата пожала плечами. – Мария ничего больше не сказала, забрала дневник, поблагодарила за хранение и ушла. Больше я ее не видела.
