Ньюман любил более классический вариант, но обижать услужливого помощника не хотелось. Пусть напарника навязало начальство без возможности отказаться, но парень явно старался угодить. Аластеру даже стало немного стыдно, что прежде он показывал свое раздражение из-за нежелательного назначения и слегка навязчивого поведения Микея.
– Спасибо, – поблагодарил он и потянулся к чаю, но в этот момент на глаза попался клочок бумаги, которого совершенно точно не было утром.
Аластер подумал, что прежде следует прочесть записку, чай все равно еще горячий, поэтому поменял траекторию движения руки.
Вот только вышло это несколько неловко. Он все-таки задел чашку, и та перевернулась. Горячий напиток разлился. Ньюман рефлекторно отпрянул, а потом торопливо принялся спасать бумаги на столе, опасаясь, что они промокнут.
– Шеф! – воскликнул Тадеуш, бросаясь на помощь. – Вы в порядке? Не обожглись?
– Все нормально, нормально, – успокоил помощника Ньюман, отряхивая какой-то отчет, который следовало дописать еще неделю назад.
– Я сейчас тряпку принесу. И новую порцию, – заверил Тадеуш и выскользнул из кабинета.
Аластер сел обратно в кресло и рассеянным взглядом обвел катастрофу на столе. Почти сразу он заметил невинно лежащую записку – та совсем не пострадала. Потянувшись, Ньюман подхватил ее и развернул.
«Доброго дня, господин дознаватель. Пишу вам с надеждой на скорую встречу.
Агата»
Записка была написана изящным почерком.
Аластер по какой-то причине ощутил, как его сердце ускоряется от волнения.
Он сухо сглотнул и поднялся, намереваясь узнать сразу, что именно от него хотела хозяйка лавки.
Он уже собирался выйти из кабинета, когда дверь открылась. На пороге возник Тадеуш с тряпкой под мышкой и новой чашкой чая.
– Шеф? Уходите? А чай? – сникнув, спросил напарник.
Аластер, подумав, что от одного глотка хуже не будет, подхватил чашку и отхлебнул, затем вернул напиток помощнику.
– Ступай домой. Сегодня мне твоя помощь больше не понадобится.
С этими словами Аластер покинул управление, совершенно забыв, что хотел отчитаться начальству о том, что в институте творится что-то неладное.
Тадеуш проследил за начальником взглядом, а потом дошел до стола и тщательным образом вытер разлитый чай. Подняв промокшие отчеты, он некоторое время размышлял о чем-то, а затем сложил их стопкой и забрал с собой.
Аластера мало волновало, что делал его помощник, он о нем вообще не думал. Все его мысли были сосредоточены исключительно на хозяйке лавки.
