Старик хекнул и даже присел за скамейку:
— Ну хороша! — хлопнул в ладоши, — Ну да, цена их в Первом такая и будет, но туда надо еще доехать и товар довести, — артефактор поднял палец и ткнул в мою сторону, — ладно, даю за каждый по сто синих крагов.
— Побойся леса, — я всплеснула руками, — хочешь, чтобы мы с голоду померли или побираться пошли, я покачала головой, — триста синих крагов и мы в расчёте.
В общем, сговорились мы за двести тридцать пять крагов за каждый артефакт я даже вспотела, так усердно давила на жалость.
Даже Артай поверил, что мы все сейчас умрем от голода, и прижался к моим ногам, оставив своего друга сундука самому решать, каким боком чесаться об стену. Гад такой всю лакировку сотрет же!
Артефактор, который был одиноким стариком, но богатым даже по меркам Первого, оказался тем еще хитрым жуком.
— А что ты думаешь, дева, я тут на отшибе сижу? — старик бодро упаковывал мои поделки, — чтобы первым увидеть, что искатели с руин приносят. Твои поделки лучше, пусть не такие красивые, как из руин, но зато редкие и необычные, бытовых артефактов наши предки в последние годы перед решающей битвой не делали.
— Красивые они, — обиделась я, — а если их в Первый отвезти купят?
Старик призадумался, потом испытывающим взглядом посмотрел на меня:
— Ты честно их за день сделала?
— Лесом клянусь, — я кивнула и незаметно отодвинула ногой сундук подальше от стены, медом ему там намазано, что ли.
— Сильна! — посмотрела на меня восхищено старик, — Орсо один артефакт делал по месяцу, а те, что побольше вообще по полгода.
Вот что значит хранительница. Постой, — старик встал и, бурча себе под нос, пошел в сторону своего добра, — Жадность Джеб до добра не доводит, — и стал шурудить на своих полках.
— Продешевила Анэнья, — покачала головой и шепотом сказала мне Нисса, — нужно было торгов дождаться, а там Райян подороже продал бы все ж мужчина.
Мне хотелось сказать ей какую-нибудь грубость, еле сдержалась. Райян этот грозился мне до торгов уже дитя заделать, и плакали бы мои денежки и вообще свободная вольная жизнь.
Я что, дура, по своему желанию в клетку лезть. Пусть там тепло и сухо, волю свою ломать не хочу, хватило мне и в прошлом мире, и в этом, успели пройтись по моей личности наждаком, нахально замуж забрав, одна радость дракон не воспользовался спящей да не сделал меня своей по-настоящему. Тут, в магическом мире, у древлян первая кровь много значит… не просто доказательство невинности, а целый ритуал привязки на крови, тем более у хранительниц.
