Узнав, что в полночь нас ждут у старосты на роспись, Хима засуетился. Первым делом подготовил для меня наряд, оставшийся от бабушки, выбрал самый светлый, нежно-голубой, на Эдвина ему пришлось тратить магию, он обновил старый костюм.
Уложив детей спать и оставив Роби за старшего, ближе к полуночи мы втроём отправились в центр деревни.
Хима нёс небольшой фонарь, его освещения хватало, чтобы не споткнуться и не упасть. Идя в темноте и при параде, чувствовала себя неловко и, думая, что так странно редко кто выходит замуж, похихикивала.
Нервное, наверное.
Эдвин в эти моменты чуть сильнее сжимал мою руку, даря поддержку.
В дверь стучать не стали, она была чуть приоткрыта. Войдя, Эд запер её на ключ.
Старосту деревни я видела впервые. За столом, где обычно сидел Тирон Тайлер, расположился чуть полноватый мужчина обычной внешности.
– Господин Вайрон Алебастр, – помощник представил нам старосту. – А это брачующиеся, Эдвин и Алтея. Как и договаривались.
– Проходите, что уж, – вяло махнул рукой староста, приглашая к себе. – Не впервой приходится по-тихому прикрывать чей-то грех. Главное, с сегодняшнего дня живите праведно, в браке, детей рожайте.
От такого заявления я распахнула рот. Неужели Тайлер ничего не сказал старосте, а придумал банальную историю юношеской несдержанной любви? А хотя… так даже лучше будет.
Никаких долгих речей староста Алебастр не произносил, попросил расписаться в книге, поставил свою подпись, Тирон добавил рядом свою, затем всё это было заверено артефактом.
– Объявляю вас мужем и женой! – произнёс господин Вайрон, и все замерли. Я посмотрела на Эда, он на меня. Не дождалась, что тот поцелует меня, встала на цыпочки, дотянулась до его губ и подарила мимолётный поцелуй.
– Это вы зачем? – кашлянул Алебастр. – Я ждал, что вы достанете брачный браслеты, на худой конец кольца или цепочки.
– Да? – смущённо отвела взгляд. – Я где-то читала об обычае закреплять брак поцелуем, там ещё кричат «горько!»…
Договорить не успела, как Эдвин развернул меня к себе и накрыл мои губы своими, мягкими и нежными.
