Хозяйка Мозеби (СИ)

Одно стало известно наверняка: столичный мэр покрыл себя «неувядаемой» славой и исчез, бросив пост и вещи.

Двери ратуши оказались исписаны цитатами из Библии, призывами к низложению порочного чиновника, требованиями осуждения и наказания греховодников, а перед входом в здание были навалены кучи дерьма!

Кто и когда проделал сие, ни один сторож не видел, но людская молва списала порчу имущества и осквернение территории перед администрацией на вмешательство тех самых фантастических летучих мышей, чье появление и являлось, якобы, предупреждением о случившемся безобразии.

Что бы ни сочиняли сплетники, грехопадение виконта Тройлле видели многие участники праздничного мероприятия, и скрыть сей прискорбный факт не удалось…Впрочем, сотрудники ратуши, как и те, кто присутствовал в зале собраний в тот вечер,особо к тому и не стремились: помалкивали, но на вопросы, умело задаваемые любопытными, показательно- стыдливо закатывали глаза, смущенно- выразительно улыбались, гримасничали, хмыкали… Короче, имеющий уши да услышит, имеющий глаза да увидит!

К моменту исчезновения мэра и его ближников у жителей Нюкьёбинга сложилась, затмив популярную ранее сплетню о коварной вдове, довольно подробная и крайне (!!!) пикантная версия случившегося на приеме в ратуше, суть которой сводилась к следующему.

Во время мероприятия мэр был оживлен, много шутил, смеялся, флиртовал с дамами, танцевал, а потом внезапно покинул зал вместе с помощниками, перед уходом шепнув на ухо заместителю, герру Есперсену, что было бы неплохо тому с гостями через некоторое время заглянуть в его кабинет…

Подчиненный исполнил приказ начальника: отвел группу уважаемых гостей туда, куда велел мэр, спустя примерно минут сорок- час.

Зрелище, представшее взорам делегатов, было столь ошеломляющим, что одни остолбенели, другие пошли пятнами от возмущения, а некая дама из последовавших за мужчинами горожанок (из чистого любопытства, конечно) вообще потеряла сознание от переизбытка эмоций.

В кабинете мэра творилось форменное непотребство, участниками которого были он сам, его приближенные Кьярр и Хуитфолд и известная в городе дама облегченной социальной ответственности, чье присутствие... явно было...кхм...