Хозяйка почты на улице Роз (СИ)

Да и как-то совестно продавать то, что не создавалось тобой и тебе не принадлежит.

- Я не собираюсь продавать почту, - я смело посмотрела в его темные глаза. – Отец бы никогда не простил мне этого.

Наверное, так бы и ответила настоящая леди Рене.

- Его нет в живых, - было видно, что его первородство о-очень недоволен. – Поверьте, вашему батюшке уже все равно.

- Но мне не все равно, - парировала я, так и не отводя взгляда. – Я не буду продавать почту.

- Что ж… хорошо… Тогда я предупреждаю вас.

Если в течение трех месяцев работа почты не наладится, я соберу совет из влиятельных лиц города, и мы решим эту проблему более жестким способом, - лорд Коулман поднялся. – И да, вытрите кашу с подбородка, это отвратительно.

Он вышел из комнаты, а я провела рукой по подбородку и застонала, ощутив липкую овсянку. Отвратительно… Какой же ты неприятный! Гадкий! Отвратительнее, чем каша на моем подбородке!

После такого заявления во мне поднялась настоящая буря. Ну уж нет! Если я здесь оказалась, то буду цепляться за жизнь всеми возможными способами! Если нужно, то и в делах почты разберусь!

Пролежав в постели еще сутки, я поняла, что больше не выдержу бездействия.

У меня еще побаливала голова, но эту тупую боль вполне можно было переносить. Книга, принесенная Тилли, открыла мне еще некоторые интересные моменты удивительного мира. Оказалось, что леди называли только тех, у кого была хоть капля крови Темных лордов. Пусть даже седьмая вода на киселе, но все же это давало право на такое обращение. Сейчас аристократы следили за чистотой крови и женились только на представительницах древних родов, но раньше случались мезальянсы и внебрачные связи, от которых рождались дети. Значит, и я каким-то образом была потомком Темных лордов… Женщин, не имеющих титул, но принадлежащих к зажиточным слоям населения, называли госпожа. Просто по имени, если она принадлежала к крестьянам, рабочим или прислуге. Были аристократы и из обычных людей, но, имея все привилегии, они все же стояли на ступень ниже первородных. Их титулы ничем не отличались от привычных для нас светлостей, сиятельств и милостей. Но даже к ним не обращались «леди», применяя обозначение – «шелли». К мужчинам применялось «сэр», господин или же их тоже просто называли по имени.

Разобравшись с неудобным платьем цвета спелой вишни, подол которого не давал мне свободно передвигаться, я спустилась вниз.