Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Они по очереди проходили от ширмы к ширме через сцену, игнорируя Лили, отодвигая ее с дороги, или бросая:

— Отродье!

— Уродка!

— Убивать таких надо!

— Брысь!

Это продолжалось и продолжалось, пока я не заметила, что что-то не так. Малышка Лили, кажется, уже не играла, а всерьез испугалась того, что любимые люди ее толкают и проходят мимо. Она уже всерьез бегала от одного к другому, теребила рожки, привычно тянулась, ожидая, что ее обнимут или возьмут на руки.

Красные глазки в свете фонарей, кажется, блестели от слез.

— Стойте, — пробормотала я.

Не успела я вмешаться, когда Мелисса (Мелисса-""прохожая"", которую от Мелиссы-""торговки"" отличал платок на голове) громко сказала:

— Ой!

Она подхватила Лили на руки, погладила по волосам на затылке.

— Тише-тише, почему ты плачешь? Какие у тебя рожки!

— Меня все бросили! Почему меня все бросили?

Ох, проклятье, она в самом деле рыдает. Говорит, конечно, реплики Мелиссы, но плачет.

Вот чем им Колобок не угодил?! В этом мире произвел бы фурор! Так нет же, решили социальную тематику затронуть! Ох…

— Потому что ты неблагая, малышка, — ответила Мелисса, продолжая ее укачивать.

Лицо у нее было растерянным.

Кажется, ее саму напугало то, как Лили расплакалась. На репетициях все было в порядке, а сейчас...

— А почему? — всхлипнула Лили.

Так, это уже не по плану.

Я с тревогой смотрела на сцену, думая, стоит ли вмешиваться.

— Потому что так получилось, — быстро сориентировалась Мелисса. — Ты этого не выбирала.

— Но меня все равно бросили!

— Да.

Лили разрыдалась еще хуже и громче, хотя по сценарию уже должна была успокоиться и начать расспрашивать дальше.

Мелисса, бросив по сторонам еще один растерянный взгляд, зашла за ширму, продолжая укачивать Лили.

— Как можно им помогать? — ожил Берт.

— Уроды! — поддержал Юджин.

— Ничего хорошего из таких все равно не вырастет! — припечатала Бетти.

А затем все трое ушли со сцены.

Спустя секунду из-за ширмы вышла Софи — в руках у нее был огромный нож.

Мясничий! Как же долго дети меня уговаривали им такое доверить… В итоге генерал Реннер, предатель, принес откуда-то нож еще больше того, что был у нас дома.

Софи робко огляделась и зашевелила губами. Говорила за нее Мелисса из-за кулис, старательно меняя голос:

— Я так хотела быть хорошей, но меня все равно прогоняют отовсюду.