Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!

Мальчишка тут же притих, только уставился на меня отчаянными огромными глазами.

— Мы с вами никуда не пойдем, — заявила она.

— Почему?

— Потому что вы злая! — крикнул кто-то из-за ее спины.

Девочка, обернувшись, снова шикнула.

— Мы уйдем отсюда, — сказала она. — И будем жить сами по себе!

Я вздохнула. Смотрела девочка на меня с грустной озлобленной серьезностью, этот взгляд казался странным на пухлощеком детском личике.

— Где? — попыталась я воззвать ее логике. — Жить без дома довольно сложно. Вам придется думать, что есть и где спать, где прятаться от дождя и холода.

В любом случае, если вы захотите уйти — я не буду вас задерживать, вы здесь не в тюрьме. — Я сглотнула. — Давайте вы выйдете отсюда — и мы поговорим. Если захотите уйти, я хотя бы дам вам денег на первое время, соберу еды в дорогу.

“Ласточка! Да что ж это…” — услышала я за спиной голос няни и дернула головой.

Конечно, отправлять детей на все четыре стороны — плохая идея. Но они явно не доверяют никому, кроме друг друга: смотрят на меня, как озлобленные волчата.

Не бить же их с криками: ""Поверьте, я хорошая""?

— Почему мы вообще должны вам верить? — спросила девочка, вздернув подбородок. — Вы…

В этот момент сверху раздался шелест, как будто птица спорхнула с балки, и белобрысый мальчишка пронзительно взвизгнул:

— Крыша падае-е-ет!

Он рывком распахнул дверь стойла, выбежал наружу — и я поймала его на руки.

— Все, попался! — заявила я и пощекотала его подмышкой.

Мальчик взвизгнул и вдруг засмеялся. Хоть что-то!

Кажется, он был самым беззаботным из всех.

Может, попал в приют недавно? Сердце сжалось, я обернулась к притихшим детям, держа мальчика на руках.

— Идем. Поговорим в доме — и разберемся, что нам перекусить для начала.

Несколько секунд ничего не происходило. Три пары настороженных детских глаз смотрели на меня в упор. Малышка с рогами принялась сосать палец, мальчишка у меня на руках — выкручиваться и пытаться спуститься вниз.

— Пойдем завтракать? — спросила я у него.

Он тут же замер.

— Завтракать! А крыша не упадет?

— Если мы поторопимся — то нет, — серьезно ответила я, и мальчик испуганно округлил глаза.

— Надо идти! — Он обернулся к остальным детям. — Идем! А то крыша упадет!

Ну, хоть кто-то ведется на мои манипуляции. Мельком я отметила, что на вид ребенку года четыре, но говорит он осмысленно и очень четко. Вряд ли Долорес занималась с ним, так что — еще один аргумент в пользу того, что в приют этот мальчишка попал недавно.

А остальные? Ладно.