- Официальные документы? Нету? – спросила ехидно.
- Они еще не готовы, и ты сама прекрасно видишь, что земли меня принимают. Иначе бы забор уже вышвырнул меня отсюда, - ответил он с чувством превосходства.
Против такого довода контраргументов у меня не было. А еще я вдруг ощутила, как на душе стало спокойнее, когда поняла, что мне не придется всю ночь прислушиваться к малейшим звукам и шорохам, опасаясь за свою безопасность. Только сейчас осознала, как меня напрягала перспектива остаться ночью одной без какой-либо защиты.
Из дома вышел Ян и озадаченно уставился на наши с Артуром фигуры.
- Не спрашивайте, - отмахнулась я, предвосхищая вопросы соседа. – Все в порядке.
- Вы уверены? – прищурился тот, вперив в Крюгера недоверчивый взгляд.
- Дама уверена, - ответил вместо меня Артур.
Закатила глаза так, чтобы не увидел Крюгер, и улыбнулась Яну. Тот понимающе хмыкнул.
- Что ж, в таком случае завтра мы обсудим область вашей деятельности и наметим план. Я заеду за вами утром. Всего доброго, Елена.
Мы попрощались с соседом и, когда мужчина исчез из поля видимости, Артур насупил брови.
- Что за деятельность? И куда господин Мюллер собрался тебя везти? – спросил тот с явственными недовольными нотками в голосе."
"Ухмыльнулась про себя. Каков мэр! Напустил туману. Уверена, что сделал это умышленно, чтобы немного побесить Артура.
- Это пока секретная информация, - обронила с важным видом, отчего Крюгер только сильнее стиснул челюсть.
Ха! Кое-кто похоже любил все контролировать и быть в курсе всех событий.
В новости о будущей работе не было никакой тайны, да и Ян не брал с меня обещаний хранить это в секрете. Но я не спешила делиться с Артуром. Он мне тоже многого не рассказывал. К тому же одно свидание еще ни о чем не говорило. Обещать – не значит жениться.
Я пока не знала в какие степи свернут наши отношения – любые отношения! – а потому не могла довериться окончательно. Еще и Август со своей паранойей. Ох, чувствовала я журнал еще вынесет мне мозги по поводу Крюгеровского «захвата территории».
А вдруг тот был прав? Вдруг я просто удобный повод для Артура, чтобы поскорее внедриться в дом?
А еще он был не против отеля, который мечтала тут построить Марлен. О какой романтике и чувствах в таком случае может идти речь?
В памяти всплыли строки, которые напевал Август:
Жил на свете дуралей
В поле ловил он журавлей
Собственно дуралеем я себя и чувствовала.
- Дуралей? – вдруг переспросил Артур, и я поняла, что пела вслух.
Ой.
