Хозяйка проклятой лавки. Драконам вход воспрещен!

Я смотрела то на Катрину, то на Блэйквуда. Болезнь съедала его на глазах, и ничего нельзя было сделать. Сердце болело. Я теряла тех, кто стал мне так близок. Но ещё хваталась за надежду, не позволяла себе отчаиваться.

Ритуал начался. Второй за сегодняшний длинный день. Или уже ночь… Магические знаки засияли красным светом. Рану болезненно потянуло, и я ощутила, как тонкая нить протянулась от меня к Катрине. Даже почувствовала её напряжение и страх, который сменился изумлением. Свет вокруг неё засиял ярче, а портал, наоборот, начал меркнуть.

Силы покидали меня с каждой секундой, уходили, чтобы подпитать её в этой борьбе. И когда щеки коснулся солнечный лучик, я даже не поверила. Небо прояснялось, тени с шипением метались, устремляясь обратно в портал, который становился всё тоньше. И в какой-то момент он просто развеялся, исчез, словно его и не было.

Вода в озере продолжала бурлить. Свет вокруг Катрины рассеивался. Кристалл над её головой почти рассыпался. От него остались жалкие крохи, силу которых она продолжала вливать в окончательное закрытие теневого измерения.

Посмотрев на Шторма, я рассмеялась сквозь слёзы. Чернота болезни уходила, медленно истаивала, возвращая коже привычный цвет. Лес снова освещало солнце.

Связь ритуала оборвалась. Магический круг потух. Кристалл над головой Катрины окончательно развеялся и осыпался вниз мерцающими осколками. Вихревой поток воды начал распадаться на тысячи мелких капель. А Катрина камнем полетела вниз. Только воспрявшее духом сердце испуганно замерло.

Мимо пролетел Алексан, оборачиваясь драконом. Кончик его хвоста пронёсся в паре метров от нас. Дракон поймал девушку в падении за секунду до того, как её тело коснулось водной глади. Только мы отдали почти все силы на ритуал, оборот прекратился, и они уже вдвоём рухнули в озеро, воды которого стали прозрачными, очистившись от всей грязи.

Ноги подкашивались, тело дрожало от слабости, но мы все рванули к берегу. Алексан грёб нам навстречу, удерживая перед собой бессознательную Катрину.

— Что с ней?! — воскликнула Виенна.

— Жива?! — уточнила я одновременно с ней."

"Алексан вынес Катрину на берег, аккуратно положил её, коснулся пальцами её шеи. Потом положил засветившуюся ладонь ей на солнечное сплетение. И будто не поверив, прижался ухом к её груди. Лицо его изменилось, став словно вытесанным изо льда.

— Нет, — я пробежала к ней, рухнула на колени, схватилась за ледяную ладонь. — Это же магический мир.