То ли все заметили наше с мужем примирение, то ли история о вранье Зайкова уже пошла гулять по городу, но весь день гости прибывали один за другим, и, хотя никто не засиживался больше четверти часа, к вечеру я отболтала язык.
— Я хочу домой, — сказала я, когда за последними гостями закрылась дверь. — Там было так тихо. И я соскучилась по Марье.
И по коту, который заслужил, чтобы его затискали в благодарность за царапины на физиономии Зайкова.
— Я думал, ты обрадуешься возможности пожить в городе и вернуться в общество, — рассмеялся муж.
— Лучше дождусь следующего сезона и буду с тобой блистать на балах, — улыбнулась я в ответ. Вспомнила кое-что, и улыбаться сразу расхотелось. — Если только Зайков, обозлившись, не пустит в ход те расписки.
— Не забивай себе голову этой ерундой, — отмахнулся Виктор.
— Ничего себе, ерунда!
Муж тоже посерьезнел. Подвел меня к дивану, сел рядом, держа мои руки в своих.
— Настя… Мне очень жаль, что твой отец принял такое решение.
Не думай, что я пытаюсь оправдаться, но очень похоже, что он застрелился, чтобы сохранить тебе те крохи собственности, которые оставались к тому времени. По закону выделенное в приданое имущество может быть истребовано за долги в течение первых десяти лет. Но только при жизни должника. После его смерти долги можно взыскать с наследников…
— Именно!
— Однако ты ничего не унаследовала от отца. Последние дни он жил в твоем доме на твои средства… потому что они были твоим приданым.
И после смерти твоего отца оно не подлежит истребованию по его долгам. Как и по моим, если я вдруг соберусь их наделать. Даже если кто-то решит принести эти расписки в суд, он ничего не получит.
— Вот как…
— Да. Отец все-таки тебя любил как умел. — Виктор обнял меня. — Прости, что так вышло.
— Я ни в чем тебя не виню, — шепнула я, обнимая его в ответ.
Глава 16
Быстро уехать из города не вышло: пришлось задержаться, пока швея не закончит работу.
Эти дни я не теряла времени даром.
Мед, купленный на пробу, растворился в воде без осадка, значит, продавец не примешал в него муку или крахмал. Я не поленилась и проверила раствор ляписным карандашом, хотя понимала, что сахар дороже меда и потому его вряд ли будут подмешивать в подделку. Кусочек хлеба, который я намазала этим медом, зачерствел уже через четверть часа, доказывая натуральное происхождение продукта.
