- И я остаюсь! И я! - раздались голоса со всех сторон.
- Отлично, - кивнула я. – Тогда за работу! Вначале надо слить из бочек с рыбой тузлук...
- Чего? – перебил меня кузнец.
- Рыбий сок, что образовался в бочках от соления и давления, - пояснила я как смогла. – Потом снова оставляем их под гнетом. Вы, вы и вы – на слив. Только лейте осторожно, чтоб рыба из бочек не высыпалась. А остальные пойдемте посмотрим что у нас получилось из вчерашней задумки.
Люди послушно потянулись к глиняному цилиндру, слепленному вчера, а я поймала на себе восхищенный взгляд Ланселота.
"
"- Клянусь своим мечом, хозяйка, тебе бы с твоим талантом армии в атаку водить, а не толпой оборванцев управлять, - негромко проговорил он.
- Это сейчас они оборванцы, - усмехнулась я. – Посмотрим кем они станут через пару месяцев – если не разбегутся конечно.
- Думаю, те, кто останется с тобой, или превратятся в зажиточных людей, или умрут. И не уверен, что умрут быстро, ибо смерть на костре долгая и мучительная, - сказал самозваный рыцарь.
– Когда в Камелоте узна̀ют, что ты раздаешь крестьянам волю и землю, у тебя самой немедленно отберут и то, и другое, а заодно и жизнь тоже, ибо ты разрушаешь саму основу государства.
- Я это понимаю, - кивнула я. – И надеюсь, что успею все сделать раньше, до того, как королю донесут о том, что творится в замке Лидсфорт.
- Точнее, в его развалинах, - вздохнул Ланселот. – Даже будь у этой башни ворота, она не продержалась бы и дня против осаждающих. Обложить ее влажным хворостом, поджечь – и те, кто в ней попытается укрыться, либо сдадутся, либо погибнут, задохнувшись дымом.
- А я вижу, ты понимаешь в осадном деле, - усмехнулась я. – Возможно, эти твои навыки нам пригодятся в будущем. Сейчас же пойдем посмотрим, что у нас получилось с дровами.
...По моему указанию, с самодельной печи, остывшей за ночь, сбили крышку – и я достала из нее кусок еще теплого, вполне себе сформировавшегося древесного угля.
- Тю, - разочарованно произнес молодой парень.
– Обычная головешка, только большая. А я-то думал колдовство какое...
И немедленно получил звонкий подзатыльник от пожилого крестьянина.
- Дурень, - фыркнул автор подзатыльника. – Такие головешки могут гореть целую ночь и давать тепла больше, чем обычные дрова. Их в Камелоте на рынке углежоги продают вдвое дороже колотых бревен, и никому не рассказывают секрет изготовления. Так что поклонись хозяйке за науку, которая сможет прокормить тебя в старости.
