Тем более, что нюни распускать было некогда – рыбаки, наловчившиеся бить акул, прибыли с новым уловом. Это я распорядилась: мол, всё равно никто не видит, с вами я или без вас, так что занимайтесь сами. Еще немного, и в лес отправлю охотников – не на одной же акулятине сидеть, нужно разнообразие. Кабана мы доели, но, думаю, в лесу еще много найдется и дичи, и ягод, которые, оказывается, король Артур тоже запретил собирать. Чушь какая-то! Даст провидение, встречусь с тем королем, и задам вопрос прямо в глаза с какого перепугу он изобрел такой тупой закон.
..
Добытую рыбу я распорядилась разделать, посолить, и пожарить на прутьях. Никогда не пробовала акулятину, приготовленную таким образом, и мне показалось, что это должно быть вкусно. В молодости, помнится, на рыбалке мы так жарили свежепойманных карасей – главное, чтоб прутья были не сухие, а только что срезанные, и толщиной с большой палец, иначе прогорят на огне.
Народ, привыкший к другой готовке, моё нововведение воспринял с сомнением, но когда над деревней разнесся новый, непривычный аромат, скепсис общинников поубавился.
..
- Еще минут пять, и готово будет, - объявила я... И прикусила язычок, поняв, что опять ляпнуло нечто для этих людей непонятное.
Но от расспросов меня спас подошедший кузнец.
- Слышь, хозяйка, угли-то прогорели. Чего дальше делаем?
На меня уставились все собравшиеся. Многие с ожиданием, но некоторые – с ухмылкой. Мол, что может хорошего получиться из каких-то камней, запеченных в глине? Ясное дело, ерунда какая-то.
- Пока что обедаем, - сказала я. – А потом идем смотреть, что получилось.
Глава 20
Сказать, что мне было страшно – это ничего не сказать.
Кусок в горло не лез, хотя свежая подсоленная акулятина поджарилась на славу, и корневища рогоза местные женщины быстро наловчились печь так, как я бы наверно в жизни никогда не научилась. Только ешь, да нахваливай!
Но все мои мысли были там, рядом с медленно остывающими печами...
И не того я боялась, что ничего не выйдет, и я лишусь своих земель.
Страшно было, что все мои задумки пойдут прахом!
Торговля соленой рыбой дело, наверно, хорошее, но вряд ли получится на этом быстро разбогатеть.
А мне нужно было именно быстро! Я уже поняла: в этом мире слабым не выжить. И сейчас я ощущала ответственность не только за свое тело, чудом мне доставшееся, но и за всех людей, поверивших в меня...
И вот обед закончился. Настало время идти к печам.
- Не бойся, хозяйка, - шепнул мне на ухо Ланселот. – Я сам боюсь.
И улыбнулся.
