Хозяйка Севера

— Наташа, я не могу так...

— Так — это как? — удивилась я. Я почему-то в этот момент ещё думала, что Марианну гложет её предательство. Но оказалось, что дело было не в этом.

— Мне плохо здесь, Наташа. Очень плохо.

Я вспомнила про то, что Марианна уже переехала в её новую стаю.

— Твой муж обижает тебя? — быстро спросила я, понимая, что именно это могло объяснить странный вид подружки.

— Дима, он... — Марианна набрав в грудь побольше воздуха, не удержалась и заплакала. — Его всё устраивает, понимаешь.

Марианна вздохнула.

— А я тайком пью таблетки и больше всего на свете боюсь забеременеть.

— Почему? — удивилась я. Хотя... судя по тому, что, а точнее, как говорила о своем муже подруга, вопрос был излишним. Но, повторяюсь, это же был сон, поэтому мне простительно.

—Потому что я не хочу так, по ненастоящему, — всхлипнула девушка. — Мы не слышим друг друга, мы постоянно ругаемся. Между нами нет истинной связи, мы не истинная пара. Что толку в этой брачной метке, если она ничего не дает!

Ах, вот в чем дело...

Тут я могла её успокоить.

— Герман хоть и слышит почти каждую мою мысль, мы с ним тоже ругаемся, — пожала я плечами. — А мы вроде как истинные, если меня, конечно, не обманывают.

— Мы с Рокотовым хотим от жизни совершенно разных вещей! — всхлипнула Марианна.

И вот тут я уже прикусила язык. Потому что, если вспомнить наш разговор с Германом перед сном (этот разговор я хорошо помнила и в своем странном сне), то мы с ним хотели вроде как как раз одного и того же.

Однако, насколько я знала, Марианна вроде никогда не рвалась делать карьеру … или бороться за свою независимость.

— Ты не хочешь быть за ним замужем? — спросила я. — Не хочешь детей?

— Я хочу детей! — всхлипнула она. — И его хочу.

— То есть? — растерялась я.

— Я не хочу быть просто женой по уговору, — всхлипнула Марианна. — Понимаешь, Наташа, он не чувствует меня...и это страшно. Мы живем вместе, только потому, что ему это выгодно... и пока это его устраивает. Но что будет, если он одичает... или встретит свою истинную?Я круглыми сутками только и думаю об этом.

Произнеся это, Марианна рухнула на колени как подкошенная — и беззвучно заплакала.