Хозяйка Севера

«Ты просто снова хочешь плыть по течению, не пытаясь самостоятельно построить свою собственную жизнь».

А что это — моя собственная жизнь?

Разве когда я жила с Аркадием, у меня была своя собственная жизнь? Я всеми силами стремилась прорасти в него, жила его интересами... и надеялась, что это будет взаимно.

Ведь именно так поступают все семейные люди — когда двое людей создают что-то своё одно общее...

В любом случае, когда живешь с человеком, прилаживаться приходится...

Да что там с человеком, даже к домашнему животному надо привыкать — у каждой кошки или собаки свой уникальный характер: одни кошки любят ластиться, другие предпочитают игнорить хозяев, вспоминая о них только во время кормления.

А тут, не просто Бобик или Мурка. Тут целый человек.

«... И в нашем случае, ещё немножечко волк».

Я тяжело вздохнула.

Да уж.

Только в моем случае прилаживаться приходится только мне — свобода Германа ничем не ограничена, в то время как я не могу уехать из его города.

Разве это жизнь?

«Ты все ещё думаешь, что у тебя есть выбор? Глупая Наташка... Спроси его, что будет через две недели, если ты не согласишься остаться рядом с ним как жена — спроси, и убедишься, что выбора у тебя нет».

Именно эта мысль не давала мне покоя.

Чтобы сделать выбор — не подстроиться под чужую жизнь, не принять обстоятельства как что-то нежеланное, но неизбежное, я должна была иметь этот выбор."

"Пусть мой брак с Аркадием не сложился, но по крайней мере, выйти за него замуж и переехать в его город было моим собственным выбором, а не чем-то, что мне навязали насильно.

Наверное, такие мысли могли показаться постороннем человеку чем-то глупым. Казалось бы, что ещё надо женщине: богатый, влиятельный мужчина заботится о ней, как о принцессе, можно и потерпеть всякие неудобства, только вот...

… помнится, когда Грейс Келли убежала от голливудской нестабильности в Монако, став женой и первой леди этого влиятельного княжества, счастья она так не получила.

Ни она, ни её дети.

Как-то вечером, когда мы уже легли в кровать, я всё никак не могла заснуть. Смотрела на потолок — наблюдала за отсветом фонаря, и думала...думала, думала...

Пока сильная мужская рука не сграбастала меня к себе.

— Ты так не отдохнешь, — вздохнул Герман мне на ухо. — Спи, Наташа.

Я сначала молча кивнула, решив просто подчиниться Левицкому...