"
"— Я буду ждать изготовления целительского артефакта… они закончились, — врала Полина, выпроваживая эльфа. — Герцог обещал охрану… — опять врала, но госпожа Бон-бон предоставляла знатному эльфу лучшие покои и драла втридорога, как с бывшего врага, отказываясь понимать, что платит за него героиня победы.
— Я не доверяю людям, — буркнул Лилианэ и смутился.
Доверяет он или нет, но Полина — человек, и жить ей среди людей. Обоим стало неловко.
— Езжайте, — велела она. — Вы возле меня из-за артефакта, но помните, что я вам говорила? Об обратной стороне привязки ваших подданных к кулону? Предложите им выбор, расскажите, что мир велик и…
— Да, — уши Лилианэ напряжённо замерли — верный признак раздражения их хозяина.
— Ну, а раз так, то езжайте. Ваш артефакт — это сомнительная ценность, а вот ваше длительное отсутствие в клане может привести к необратимым последствиям.
Больше они не спорили.
Эльф уехал, пообещав вернуться на Скальную гряду как можно скорее.
У него там малыш мэллорн, дикие пчёлы, цветы… Лес людей такой переменчивый, и ни один день не похож на предыдущий… Но это, конечно же, не главное, хотя… он запутался…
Но в чём Лилианэ не сомневался, так это в том, что хочет вернуть хрустальную каплю, чтобы подтвердить своё право на правление. Поэтому он торопился вернуться в клан, чтобы узнать новости от тех, кому поручил искать записи об обряде или следы владыки Рассветных бабочек, а потом прямым ходом к Полине за артефактом.
И Лилианэ втайне гордился тем, что умеет и может путешествовать по землям людей!
Оставшись одна, Поля вздохнула с облегчением. Счёт за проживание уменьшился, и это радовало.
Боялась ли она нападения или похищения? Ну, в общем да, боялась, но не тряслась от страха, как зимой. Безопасные месяцы сгладили негативные воспоминания, и многое вспоминалось даже со смехом. А вообще-то, в столице всегда надо держать глаза открытыми, а ушки на макушке! Тут и без эльфов полно разных личностей, мечтающих поживиться за счёт слабых и доверчивых.
К тому же дел было полно, и они здорово отвлекали от надоевшего напряжения, связанного с собственной беззащитностью. В некотором роде Полина стала фаталисткой. Если не повезёт, то не поможет ни охрана, ни утроенная осторожность, а если фартит, то будет как зимой!
Утром следующего дня принарядившаяся баронесса собралась к целителю, намереваясь управиться побыстрее.
