Лёгкий флирт охватил почти всех, и Полина невольно улыбалась, хотя не рискнула пробираться в первые ряды девушек, которым доставалось больше всего игривых шуток. Но даже скромное стояние в стороне отчего-то раздражало Фейрану и, хотя она более не пыталась словесно укусить протеже герцога, всё же кидала на неё красноречивые взгляды, должные, по её мнению, смутить гостью, заставить нервничать и чувствовать себя неуверенной.
Из-за этого Полине было смешно и грустно. Смешными казались методы, да и повод для волнения. Фейрана ревновала… к герцогу ли, к тому, что новенькая займёт место среди придворных дам… наверное, там ограниченный штат… а быть может, ей неприятно нянчиться с непонятной по статусу девицей? В чужую душу не заглянешь…
Весёлая заминка продолжалась недолго, и все поспешили занять места в зале.
Полину посадили в самом конце длинного стола, где блюда стояли попроще и словно бы пореже. Во всяком случае во главе стола не хватало свободного места от предлагаемых изысков, а там, где оказалась девушка было просторно и ничто не скрывало не отстиравшиеся пятна на скатерти.
Но это не лишало аппетита, наоборот, стоило поторопиться, чтобы не остаться голодной. Придворные оживились, завязался застольный разговор.
Поля ела какую-то рассыпчатую кашу с грибами и вежливо сочувствовала сетованиям молоденького кавалера по поводу того, что ему не довелось поучаствовать в войне с эльфами. О своём боевом опыте девушка ничего не рассказывала… не поймёт ни боли пережитого, ни страха… Перевела тему разговора на то, чем славно королевство и король.
Они разговаривали и ели.
Девушка обратила внимание, что дамы не клали себе мясо, и не потому, что вегетарианки, так как все они время от времени тянулись ложечками к небольшим серебряным плошкам, в которых лежали мясные паштеты, но вот чтобы попросить мужчин отрезать себе кусок запечённого или зажаренного гуся, утки, поросёнка… нет.
Вскоре она поняла, в чём проблема, и попросила юного кавалера не только положить ей зажаренный бочок какой-то дичи, но ещё и мелко нарезать мясо своим ножом.
Он растерялся, не зная, как выполнить просьбу соседки. Его тарелка, которой служил плоский поднос, был занят едой, а делать это на чужой посудине вроде как неудобно, тем более просьбу услышали другие и теперь с любопытством смотрели на них обоих.
А Полина, видя возникшую неловкость у юноши и повышенное внимание соседей, создала иллюзию крошечной копию себя, и изобразила сценку с поклоном и аппетитным поеданием мясного кусочка.
