Вырастил огромную гадину.
– Почему зверь не с ним?.. Нет, нет, не нужно говорить. Жить хочу, – видя очередную едкую ухмылку, отказался от вопроса староста.
– То-то же, и так много наговорил, а ну выпей вот это зелье.
Олден испуганно задёргался в сильных руках собеседника.
– Да не бойся ты, это безобидная магия, всего лишь забудешь всё, что тут было, ну и свою жизнь, после того как проделаешь работу. Станешь как Ренгель.
– Пощадите, господин, – булькая, взмолился староста.
– Да будешь ты жить, трус. Ты вот про зверя интересовался? – выбросив склянку в угол, незнакомец устало опустился в кресло и расслабился.
– О, у него такой зверь! Я его всего один раз в небе видел, размах крыльев солнце закрывает, рык горы сотрясает, а огонь…. В общем, на поле боя с ним лучше не встречаться. Дракон, одним словом. Да не трясись ты так, всё равно всё забудешь. Наверное, тебе интересно, почему он не рядом и не спасает своего хозяина? Так чешуйчатая зверюга в горах яйцо высиживает, оставит без присмотра, оно без магического тепла погибнет, если другие звери не сожрут.
– Господин, больше не нужно рассказывать…
Но мужчина, не слушая полуобморочного старосту, продолжил говорить:
– Живёшь тут в своей деревеньке, роешься в маленьких проблемках и даже не в курсе, что такое дворцовые интриги, война за трон, как могут в лёгкую убрать не только простую пешку с доски, но и генерала. Ну что ж, показывай, где моя комната, устал с дороги, и прикажи подать…
В этот момент раздался тихий стук.
– Кто там, что нужно? – нервно спросил староста.
– Господин, там Лилиан пришла, жена охотника, говорит, что урожай хлебного дерева собрала, готова отдать на благо деревни семь частей, просит вас выйти и дать распоряжение деревенским мужчинам, – не открывая дверей, произнёс слуга.
– Скажи, что сейчас выйду, – последовал ответ.
– Вот видишь, какие мелочи вас интересуют, хлебное дерево, – зевая, потянулся мужчина. – Чего так дорого? Обдираете хорошего человека, правильно делаете, – засмеялся он.
– Может, не брать? – Олден до такой степени был напуган происходящим, что готов был отдать половину своих сбережений, только бы этот страшный человек ушёл.
– С ума сошёл? Сгорит же всё, а так крестьян накормишь, – сомневаясь в разумности старосты, тот повертел пальцем у виска. – И не вздумай рот открывать, обманешь, поплатишься.
Староста закивал головой, он уже напрочь забыл, по какой причине пришёл этот страшный человек, предъявивший королевскую печать и приказ, что был выполнен неверно.
