Дни вновь потянулись, настроение, словно качели, то падало, то поднималось. Утром и днём за делами улыбалась, а вот вечером накатывала меланхолия, новостей о Рене не было в лесу, как и в столице.
В один из дней с огорода меня позвал Аниколь, он поймал момент, когда небольшое поле, засеянное красным перцем – нет, семена были не мои, мне их откуда-то доставили, – меняло цвет, словно встряхнутое полотно, с жёлто-зелёного на ярко-красное. Зрелище было завораживающее.
– Собирайте, – дала отмашку мужчинам, те кивнули и взяли корзины.
В этот момент чуть ближе к дому возле фруктовых деревьев раздался громкий треск. Вздрогнув, резко развернулась. На свободном месте возникло хлебное дерево, на котором висели две женские визжащие фигуры.
– Тётушка? Сестрица? – я в шоке уставилась на вновь прибывших. Те, поняв, что живы, замолкнув, расцепили руки.
В один момент во дворе собрались слуги, в ворота зашли братья со своими тигрятами, а из леса вернулся пчелёнок.
Тётка Петти и сестрица Нетли, озираясь, не могли поверить, что дерево переместило их на мой двор.
– Как, где мы? – прокашлявшись, Петти сделала несколько шагов навстречу мне.
– Добрый день, тётушка, сестра, – поприветствовала их. – Что вы пытались сделать с хлебным деревом, что оно от испуга переместилось в такую даль, ко мне в огород?
Женщина вновь прокашлялась и попросила воды, слуги вынесли воды и стульчики. Приглашать бывших родственниц в дом совершенно не желала.
– Что же ты, Лили, нас на улице держишь? – выпив воды, тётка тут же начала задавать вопросы, не ответив на мои.
– Вам домой добираться, отдышитесь — и в путь, – предложила им.
– Домой? Какой дом? Нет у нас больше дома. Матушка, давай тут останемся, тем более что кровь — не вода, Лилиан обязана нас приютить.
Хотелось тут же выкинуть наглых женщин за ворота, но любопытство взяло верх.
– А что же случилось, дорогие вы наши? У вас такая большая усадьба, в придачу наш дом, прекрасный огород.
– Дом? Какой дом? Мы сейчас живём в той развалюхе, принадлежащей ранее Ренгелю, – тётка Петти пустила слезу, вынув из рукава платок, всхлипнула.
– Все земли, дом отобрали за долги, муж оставил меня, родителей и доченьку, сбежав в неизвестном направлении. Твоей сестре замуж пора выходить, никто не берёт, все знакомые отвернулись от нас. Мы перебиваемся с хлеба на воду. Поле некому засадить.
– А дерево-то что вам сделало, что вы повисли на его ветках? – вновь поинтересовалась у родственниц.
