– Услуга за услугу: скажите, пожалуйста, что здесь нарисовано?"
"Аля лишь скользнула взглядом по блокноту и успела заметить, что мужчина держит в руке простой карандаш, которым и был сделан набросок. Рассматривать, во что складывались штрихи всех оттенков серого, Але было некогда, к тому же поднос все еще оставался тяжелым, а женщины за столиком в углу уже нетерпеливо посматривали в ее сторону. Долго расшаркиваться перед человеком, заказавшим только эспрессо, смысла не было: он все равно едва ли оставит внятные чаевые, а флиртовать с клиентами – даже хорошо одетыми и весьма симпатичными – она и вовсе не видела смысла, ведь у нее уже имелся парень, которого она любила.
– Вы же сами это нарисовали, – заметила она тоном, пресекающем всякие намеки на флирт.
Аля уже собиралась уйти, но мужчина неожиданно коснулся ее руки своей, останавливая.
– И все же, будьте так любезны взглянуть. Моя благодарность будет выразительнее вашей.
Она едва не скрипнула зубами. Вот привязался! Попыталась бросить на клиента многозначительный взгляд, давая понять, что ей некогда, но наткнулась на непроницаемо черные стекла солнечных очков.
С учетом полного отсутствия солнца на улице это показалось странным, но Аля за пару недель работы навидалась всякого.
Мужчина полез во внутренний карман пиджака за кошельком, и его намек неожиданно стал гораздо прозрачнее. Может быть, ей все же обломятся чаевые. Аля вздохнула и вгляделась в рисунок.
Он оказался не таким уж нагромождением штрихов, как ей почудилось сначала.
Вполне отчетливо была видна девушка, лежащая в круге с раскинутыми в стороны руками и ногами, закрытыми глазами и приоткрытым ртом. Аля нахмурилась, присмотревшись внимательнее: из-под тела выбегали линии, которые, если подумать, наверняка могли бы складываться в звезду. Аля видела такое в кино.
– Вероятно, это ритуальное убийство? Я угадала?
– Что заставило вас так подумать?
– Ну, тут девушка, у нее закрыты глаза, и она лежит в круге на пентаграмме, возможно…
Аля осеклась, когда снова перевела взгляд на мужчину.
Тот как раз раскрыл кошелек и выбирал в нем купюру, чтобы расплатиться за кофе. Но он не смотрел на них, а выбирал на ощупь. Наконец вытащил одну, которой можно было оплатить три больших эспрессо, и положил на столик рядом с уже пустой чашкой.
– Благодарю. Сдачи не надо.
Непривычно медленно он отодвинулся со стулом назад и осторожно поднялся на ноги.
