А бумага — это необходимые расходы.
Так, значит, мне нужно еще снабдить перьями и бумагой управляющего. Нелидов, судя по всему, пользовался собственными запасами, но, если придется и дальше писать столько же прошений, надолго ее не хватит.
Эта мысль потянула за собой еще одну. Что на меня нашло утром? Я действительно обиделась, что мне не раскрыли все тайны следствия при одном из подозреваемых? Надо бы сбегать к управляющему, которого я утром попросила передать мои прошения исправнику, да забрать их. Незачем выставлять себя полной дурой.
Будто в ответ на мои мысли, в дверь осторожно постучали. Нелидов, легок на помине.
— Граф велел передать вам. — Он протянул мне письмо.
Не успела!
— Спасибо. — Что еще я могла сказать? — Пожалуйста, в следующий раз напомните мне, что быть посыльным не входит в ваши должностные обязанности.
— Меня это совсем не утруждает, — улыбнулся он. — К тому же вы работаете не покладая рук. Если позволите высказать мое мнение, раз уж сегодня вас оставили без выезда, следовало бы воспользоваться возможностью отдохнуть.
— Я и отдыхаю. — В самом деле, за сегодня я почти ничего и не сделала. — Кстати…
От перьев и бумаги управляющий отказываться не стал. Выслушав про Герасима, сказал:
— Грифельная доска. Ее и носить с собой удобнее, чем бумагу и чернила. — В его голосе промелькнуло удивление. — Неужели ваши учителя ею не пользовались?
Может, и пользовались, но не мои.
— Не помню, чтобы она попадалась мне в доме, — выкрутилась я.
— Я запишу себе купить, когда поеду в город в следующий раз.
Уловив едва заметный вопрос в его интонациях, я кивнула.
— Да, спасибо.
— А пока предложите дворнику сделать церу. Насколько я понимаю, воск у вас есть, сажи тоже достаточно.
Точно! Деревянная дощечка с нанесенным воском и стило — заостренная палочка. Штука древняя как мир и потому простая.
Нелидов откланялся. Я взялась за письмо. Печать украшал лук с тремя наложенными стрелами и языком пламени над ними. Ломать ее не хотелось: предчувствие подсказывало, что ничего хорошего внутри я не найду.
Да что я веду себя как девчонка!
Хрустнул сургуч, я развернула письмо.
' Милостивая государыня Глафира Андреевна!
Имею честь уведомить Ваше благородие о получении Вашего почтенного прошения от сего числа касательно производимого дознания.
Изъясняю, что производство дознания ведется мною в строгом соответствии с предписаниями Устава благочиния и Учреждений для управления губерний.
