От этого напора я ошалела окончательно, застыв столбом.
— Простите, я напугала вас. — Она отстранилась. — Но вы не представляете, как я рада.
А я? Рада?
— Извините за мой ступор. Это так неожиданно, и так… странно. — Я вздохнула. — Господи… Я была уверена, что никогда и никому…
Руки дрожали.
Княгиня мягко усадила меня в кресло.
— Отдышитесь. Воды или нюхательных солей?
— Водки, — вырвалось у меня.
Анастасия расхохоталась, и этот смех словно разбил напряжение. Плечи наконец-то опустились, и руки перестали дрожать.
Я засмеялась вместе с ней.
Большой черный кот, дремавший в кроватке рядом с малышкой, поднял голову, с любопытством разглядывая меня.
— Давай на «ты», раз уж мы оказались здесь кем-то вроде ближайших родственниц? — предложила княгиня.
— Конечно, — улыбнулась я. Еще раз глубоко вздохнула. — Осталось только поверить, что у меня не поехала крыша.
— Да вроде на месте.
Мы снова засмеялись, хотя вроде нечему было. Но насколько, оказывается, легче, когда есть хоть один человек, перед которым не нужно притворяться, — пусть я и свыклась с этим притворством.
Котяра, потянувшись, сиганул мне на колени. Я подпрыгнула от неожиданности. Запустила пальцы в длинную шерсть. Кот довольно заурчал, и этот звук и прикосновение к густой теплой шерсти окончательно меня успокоило.
— На чем я прокололась? — все же полюбопытствовала я.
— Слишком много совпадений. Внезапная перемена характера вместе с потерей памяти и знаниями, которым неоткуда взяться.
— Какие именно? Я же не лекции по квантовой физике читала.
— Вроде ГЛПС — Иван Михайлович рассказал, он действительно ни разу не слышал о мышиной лихорадке. Слишком много деталей о размещении ульев. А еще — пчелы и опыление. Здесь не знают о половом размножении растений. И…
— Ты врач или биолог? — вырвалось у меня. — Нормальный человек не скажет «половое размножение растений».
До меня дошло, что я брякнула.
— Извини, я не хотела сказать, будто ты…
— Брось. Нормальный человек действительно так не скажет. Я терапевт. А ты?
— Учитель биологии.
— Тогда понятно.
Очень хотелось расспросить ее о прошлой жизни. Где она жила и как, много ли у нас реально общего. Но с другой стороны — стоит ли бередить? Назад нам обеим не вернуться, учитывая, что технически мы обе мертвы. Я мысленно поежилась, вспоминая дым, жар и дурноту.
Княгиня пристроилась на ручку кресла, где сидела я. Второго в комнате не было, и я попыталась уступить место хозяйке, но она удержала меня.
— Господи, столько всего хочется спросить.
