Хозяйка старой усадьбы

И то верно. Начинать разговор без нянюшки не стоит. Она авторитет для всех, и моя поддержка.

Несса энергично кивнула головой, только косички закачались в ответ.

Когда горничная в припрыжку унеслась по данному ей поручению, а я с удовольствием доела такой вкусный завтрак, вспомнила про узел, так и лежавший неподалёку от двери, куда я его положила, зайдя на кухню.

— Маруся, как вам спалось на новом месте?

Женщина вскочила со стула, кланяясь.

— Очень хорошо. Спасибо Вам барышня за всё, что вы для нас сделали.

Руками она комкала фартук, видимо выданный ей Миной.

— Саний, а у меня для тебя есть подарок.

Обратилась я к малышу, сидевшему за столом рядом с матерью. Глазки парнишки зажглись интересом, он было дёрнулся мне навстречу, но мать придержала его за худенькое плечико.

— Всё хорошо, Маруся.

Успокоила я швею.

— Саний, помоги мне.

Я развязала узел, и первым вытащила из него меч.

— Саний, это тебе. Возможно, в будущем ты станешь отважным воином.

Мальчик взял из моих рук деревянную игрушку, и с по взрослому серьёзным видом уверенно произнёс:

— Благодарю вас госпожа. Обещаю быть отважным воином, и Вашим защитником!

— Спасибо Саний. Защитники мне сейчас бы не помешали. Вот здесь для тебя ещё немного игрушек.

Я передала пареньку лошадку и глиняных солдатиков. Собрав в охапку подарки, он глянул на мать. Та, с улыбкой кивнула.

— Иди в комнату, взрослым поговорить нужно.

Саний степенно вышел из кухни, и только за дверью, когда его уже никто не видел, перешёл на бег.

— Маруся, здесь детские вещи. Всё, что я смогла найти более менее по размеру. Думаю, вы сами разберётесь.

Я передала ей то, что осталось в узле. Когда женщина заглянула в него, по её щеке покатилась одинокая слеза. Я не стала смущать ей ещё больше, вновь садясь за стол.

Касьян встал, уступая ей своё место.

Теперь все взрослые в сборе. Несса осталась дежурить у дивана барона.

Ещё раз, окинув всех взглядом, я начала свою речь.

— Всем вам лучше меня известно, в каком плачевном состоянии находиться поместье. Папенька за несколько послевоенных лет не только не исправил нанесённых войной убытков, а ещё больше усугубил положение.