- Просто, Каталина. Доброго утра, - ответила я.
Михайло встал рядом со мной, как и я, глядя на обоз.
- Многие не спали до полночи, обдумывая Ваше предложение, госпожа Каталина.
Я повернулась к нему, глядя прямо в лицо.
- И?
- Двадцать три семьи решили принять Ваше приглашение, и отправится с Вами в поместье.
Ух, ты! На такую удачу я даже не рассчитывала!
- Многих впечатлило, как самоотверженно Вы кинулись спасать незнакомого Вам деревенского мальчика. Люди решили, что с такой хозяйкой они не пропадут.
- А вы, Михайло? Что решили вы?
- Я тоже решил принять Ваше предложение, если Вы готовы нанять меня и моего сына в качестве вашей охраны.
- Я, Каталина Снежная, нанимаю вас, Михайло, начальником охраны моего поместья.
Я торжественно произнесла эти слова, протягивая руку, чтобы скрепить наш договор. Михайло осторожно пожал мою ладошку своей крепкой рукой.
- С нами в город отправляются ещё пять семей. Двое из них направляются в город к своим родственникам, остальные решили все-таки попытать счастья в городе.
- А хватит ли провианта до вечера у оставшихся? - заволновалась я.
- Вижу, я в Вас не ошибся, госпожа Каталина. Вы, действительно, хозяйка, по-настоящему переживающая за своих людей.
- А как там мальчик, которого мы вчера спасли?
- Вы спасли, - поправил меня Михайло. - С ним все будет хорошо.
- Я хочу увидеть его перед отъездом. Вы меня проводите?
Я бегом вернулась назад, к карете, вытаскивая из-под сиденья корзину с булками. Тяжёлая!
Михайло сразу же отобрал у меня из рук корзину, глядя на меня с укором, что не позвала его, а тащила сама.
Мы тихонько шли мимо спящих людей. Многие, увидев меня, кланялись, я кивала в ответ. Телега Сашко нашлась ближе к середине обоза. Он делил её ещё с двумя семьями, поэтому на телеге спали дети, а взрослые расположились прямо на земле, расстелив овчинные шкуры, или старые шерстяные одеяла.
Прокопя сладко посапывал, свернувшись калачиком. Я провела рукой по длинным светлым волосикам. Мальчик улыбнулся во сне, словно ему снилось что-то очень хорошее.
- Госпожа баронесса! - Сашко, а следом и его жена, вскочили кланяясь.
- Тихо, не разбудите, пусть поспят.
Я приложила к губам палец, призывая к тишине.
- Вот, пришла глянуть, как тут мой крестник себя чувствует.
Я улыбнулась. Теперь я чувствовала ответственность за судьбу спасённого мной мальчика, словно, действительно, стала его крёстной.
Сашко и Глафира переглянулись между собой, и снова согнулись в поклоне.
