-Настя! - воскликнула Катя, широко улыбаясь. - Как хорошо, что ты пришла меня навестить. Знаешь, тут все такие буки... Даже врачи - мне не разрешают ходить в гости к другим пациенткам. А это, между прочим, нечестно.
Улыбка, моментально погаснув, тут же сменилась на слезы.
-Знаешь, как мне тут плохо и одиноко, - заревела Катя, косясь в сторону мороженого. Рыдая, она зачерпнула ложкой шоколадно - сливочную массу, чтобы тут же отправить её в рот.
-Мне тааак грустно, - продолжила рыдать родня, чтобы через секунду восхищённо замереть.
- Ой, конфетка попалась.
-Какая конфетка? - не поняла я, на что жена брата продемонстрировала мне упаковку мороженного.
-Видишь, это мороженое с маленькими шоколадными конфетками внутри. - Катя, ненадолго задумавшись, облизала ложку. - Но мне ещё ягодное нравится. Особенно с рыбой.
Я вопросительно посмотрела на Илью Романовича."
"-Энцефалопатия беременных при отсутствии подпитки со стороны отца детей. - Тихо заметил доктор. - У оборотниц это проходит значительно сильнее, чем у людей.
А тут ещё и беременность многоплодная.
Пустив силу, я проверила состояние Кати. И в самом деле, физически, Катино состояние было более чем удовлетворительным.
-Вы ей очень помогли в лаборатории, - снова тихим шёпотом заметил доктор. - Конечно, детки без отца ослабли... Но в этом даже вы помочь не сможете.
-Увы, - кивнула я, понимая, почему не смогла настроиться на Катю и детей в момент поиска лаборатории - слишком слабым выходил их след.
-Вы же сможете протянуть их до возвращения домой? - спросила я, глядя на Илью Романовича.
-До Андрея?
-Даже не сомневайтесь в этом, - кивнул доктор.
Попрощавшись с Катей, которая к этому моменту уже прикончила упаковку мороженого, я отправилась в комнату, отведённую для Иры - жены Алексея. Другую Иру - жену Мити, уже забрал её тесть, московский Альфа, назад, в Россию.
Жена Леши выглядела не в пример хуже Кати, даже несмотря на то, что последняя была беременна - и беременна двойней.
Я пыталась было подкормить Иру своей силой, но.
..мою помощь почему - то отбросило назад.
Илья Романович, почувствовав возмущение силы, вопросительно посмотрел на меня, а затем, после моего недоуменного пожатия плечами - бросил напряженный взгляд в темный угол комнаты.
Проследив за его взглядом, я увидела сидящего на полу, за креслом, малыша... Малыша с человеческим телом, но волчьими лапами, с человеческим лицом, но волчьими клыками и желтыми звериными глазами...
Малыш, не мигая, смотрел прямо на меня.
