Вот только длилось это не больше мгновения, потом Артега упрямо выпятил нижнюю губу и заявил:
– Я, господин хороший, ни в чём не повинен. А вот, кто вы такой, и зачем явились в мой кабинет, это вопрос.
– Значит, будем по-плохому, – Алистер задумчиво побарабанил пальцами по столешнице, а потом поднялся.
Артега испуганно попятился к выходу. Но герцог прошёл мимо него, открыл дверь и велел одному из своих людей, заступившему на дежурство у входа:
– Ведите помощника.
Градоначальник побелел. На лбу и шее выступили крупные капли пота.
– Я всё расскажу, – быстро заговорил он. – Жеронимо вам наплёл небылиц. Не верьте. Всё было совсем не так…"
"К вечеру картина более-менее прояснилась. Артега и два его ближайших помощника разработали отличную схему. В столицу они отправляли отчёты о растущем благосостоянии города, о новых строящихся объектах. А по факту всё это существовало лишь на бумаге.
Мошенникам и в голову не приходило, что в Ороту, небольшой провинциальный городок, вдруг пожалует королевский инспектор.
Признательные показания были зафиксированы. Алистеру оставалось только проехаться по окрестностям, посмотреть, что из длинного перечня всё же было построено, а что нет.
И можно возвращаться в столицу.
Преступники под домашним арестом будут дожидаться королевских следователей, которые подсчитают нанесённый ущерб и определят наказание.
В задачу королевского инспектора входило только добыть доказательства совершенного преступления, дальше действовали другие.
На место якобы построенного детского приюта выехали уже в сумерках. На сегодня это был последний осмотр. Люди устали, да и сам герцог хотел уже вытянуть ноги.
Пожалуй, сегодня он заночует в доме градоначальника, а утром выдвинется в обратный путь.
Дорога свернула в небольшой лесок. Перегородившее дорогу бревно заметили, только почти уткнувшись в него носом. Отряд остановился, и тут же в него со всех сторон полетели стрелы.
И первая вонзилась герцогу ди Новайо между лопаток.
Глава 44
Наш караван неспешно ехал до полудня. Потом сделали остановку – напоили и накормили коней, разожгли костер, чтобы наполнить грелки углями. Зима в этом мире была похожа на Питерскую – мокрая, слякотная, с пронизывающим до костей ветром. Я куталась в огромный потертый платок и притоптывала ногами. Почему-то отчаянно хотелось вернуться в тот город, который мы недавно покинули.
Неслышно подошла старуха – мать старшины.
